Интервью sportwine.ru
Рыбинск представляет собой непривычную локацию для спортсменов биатлона, однако эта спортивная площадка известна всем специалистам в области горнолыжного спорта в России.
Тем не менее, возникает смущающее ощущение, когда при спуске к арене неожиданно доносится звук выстрелов. Это же Дёмино – почему здесь ведется стрельба? Не менее необычно наблюдать на полигоне Юрия Михайловича Каминского в разговоре с Максимом Максимовым, создавая впечатление полного объединения лыжного спорта и биатлона, либо в реальности, либо лишь в моём восприятии.
С рыбинской базы и начинаем разговор:— Дёмино вам не впервые, ранее приходилось проводить здесь тренировочные сборы?
— Только летом, в первый раз это произошло в 2010 году. Примерно в те же сроки, в начале июля мы находились здесь ещё раз. В остальное время – только зимой. — Вы отмечали трудности с обеспечением команды продовольствием, удалось ли найти выход из ситуации?
— Возникшая ситуация является следствием не изменений в инфраструктуре Рыбинска, а несоответствия действующих норм ЦСП Минспорта по питанию спортсменов во время тренировочных сборов современным реалиям. Финансовые сметы, утвержденные ранее, остаются без корректировки, несмотря на существенный рост цен.
Я испытываю смущение перед моими коллегами из-за сложившейся ситуации, поскольку мои высказывания были восприняты и преувеличены, особенно в региональных СМИ. В них намекают на неправомерные действия, но это совершенно не соответствует действительности. Как в ресторане, так и в гостинице мы получаем поддержку по всем возникающим вопросам, однако они не могут работать в убыток.
Мы рассматриваем различные возможности и решаем этот вопрос по мере поступления информации.
В настоящее время мы выделили дополнительно 300 рублей в день на каждого спортсмена за счет средств СБР. Это можно считать оказанием, так сказать, финансовой поддержки.
Безусловно, спортсмен должен быть обеспечен всем необходимым для полноценных занятий, и это наша задача. Однако текущая экономическая ситуация сложная, мы осознаем это и относимся к ней спокойно. Хочу еще раз подчеркнуть: это обычная рабочая ситуация.
Я намеренно затронул этот момент в интервью, поскольку считаю необходимым пересмотр установленных стандартов, и хотел донести эту информацию публично. Но я не предполагал такой большой резонанс вокруг этой темы. В Рыбинске находится достойная база.
— На территории объекта предусмотрено использование санитайзеров, а перед началом командных занятий все проходят тестирование. В составе команды зафиксированы случаи заболевания отсутствуют. Использование масок обязательно, однако во время тренировочного процесса они не применяются. — В вашем распоряжении информация о занятиях пятнадцати спортсменов за прошлые годы?
— Да, я изучил информацию о том, как ребята занимались ранее. Планировал связаться с Анатолием Николаевичем Хованцевым, но пока не удалось до него дозвониться. Провел беседы с тренерами, которые продолжили работу с прошлого сезона: Истоминым и Белозеровым. Они предоставили подробную информацию о методике, которая использовалась ранее. Также я ознакомился с объемами тренировочной нагрузки. — Соответствует ли объем тренировок у Хованцева более скромным требованиям, чем те, что обычно устанавливают для спортсменов уровня национальной сборной?
— В предстоящем сезоне нагрузка увеличится для всех атлетов. Прошлый сезон характеризовался существенно меньшим объемом работы.
— Сейчас середина лета, а вы уже начали первый тренировочный этап. Как отличаются занятия от привычного режима в это время года? Зафиксировано ли отставание или всё идёт по плану?
— По моему мнению, мы пропустили майский этап, который посвящен развитию координационно-технических навыков. Этап, связанный с анатомической адаптацией и постепенным втягиванием, был выполнен достаточно хорошо в формате самостоятельных занятий. Однако индивидуальная работа, включающая подбор и освоение технических упражнений, оказалась недостаточно эффективной. Приходится сейчас наверстывать то, что должно было быть выполнено в мае-июне. В целом же по планированию тренировок мы отстаем примерно на две недели.
— Почти все главные участники на первом этапе отсутствовали. Среди прочих не присутствуют Александр Логинов, Матвей Елисеев, Евгений Гараничев и начинающий Карим Халили. Но вы наверняка поддерживали связь с ними и их персональными инструкторами? Планируется ли подключение кого-либо из спортсменов к тренировочному процессу на последующих этапах или они продолжат заниматься самостоятельно? Как организован их индивидуальный режим подготовки?
— С Каримом Халили все вопросы решены, мы разработали тренировочный план, он регулярно предоставляет информацию о своей нагрузке, и мы поддерживаем связь с Егором Сориным. Они выполняют весь необходимый объем работы, хотя есть определенные трудности со стрельбой, которые мы активно устраняем, в том числе я лично принимаю участие в решении этих проблем. О ситуации с другими спортсменами сейчас говорить сложно. Конечно, у нас налажены коммуникации со всеми участниками. Вопросы дальнейшей организации тренировочного процесса и планов подготовки пока не могу комментировать.
— Каково ваше общее мнение о самоподготовке? Считаете ли вы, что разделение спортсменов по группам является эффективным подходом или предпочитаете централизованный метод тренировок?
— Для меня первостепенно – осознанный подход к тренировкам. Необходимо, чтобы спортсмен четко представлял себе цели своих действий, понимал суть выполняемых упражнений и методику работы. Только в этом случае можно ожидать значительных успехов. Логинов и Елисеев автоматически попадают в состав сборной для участия в этапах Кубка мира без предварительного отбора, вне зависимости от места проведения тренировочного процесса. — А будет ли вообще сезон?
— Сложно сказать, остается только надеяться. Я обычно узнаю новости последним делом, из онлайн-источников, и стараюсь не придавать этому особого значения.
— На полигоне вы отмечали, что Шипулин – прирожденный спринтер, практически более одаренный, чем Крюков. Это действительно так?
— Безусловно, у Шипулина есть талант к спринту. Я лично наблюдал их соревнования с Никитой на лыжной дистанции протяженностью в сто метров, и Крюкову не удавалось одержать безоговорочную победу над Антоном. В Алдане на эти состязания собралось больше зрителей, чем обычно бывает на обычных лыжных гонках. Никита выиграл со счетом 2:1, но это была непростая победа, у Шипулина произошел какой-то сбой в завершении дистанции. Они соперничали по системе до двух выигрышей. Пусть это и развлекательное мероприятие, но возможность бороться на равных с Крюковым – бесценна. Скорость Антона явно находится на высоком уровне.
Каков же идеал спортсмена – горнолыжник или биатлонист? Безусловно, это атлет с высокоразвитой сердечно-сосудистой системой, мощным спортивным сердцем и значительной мышечной силой. Если рассматривать спринтерские дистанции, то необходимы также выраженные взрывные способности. У них сила толчка выше, чем у спортсменов, специализирующихся на длинных гонках. Примечательно, что биатлонисты демонстрируют большую силу импульса по сравнению с лыжниками-дистанционщиками. — За счет особенностей тренировочной работы?
— Точный ответ дать сложно, но предполагаю, что это связано с общими тенденциями в тренировках. Вероятно, дело в методике, в определенных особенностях подготовки спортсменов. Возможно, некоторые элементы можно адаптировать и для лыжников, поскольку современные лыжные гонки все больше зависят от сильного финиша. Например, Александра Большунова часто спасают длинные финальные участки дистанции, когда он начинает ускоряться за километр-полтора до финиша, но на коротких дистанциях ему сложно конкурировать с норвежскими спортсменами. Для сравнения: импульс силы у Большунова около 9, у Дмитрия Стрельцова – 10, а у некоторых биатлонистов из российской сборной достигает и 11.
— Известно ли, что перед Олимпийскими играми в Сочи проводились исследования и эксперименты в лыжном спорте и биатлоне? Остались ли какие-либо полезные результаты этой работы, которые можно использовать тренерам сейчас?
— Специалисты Центра спортивной подготовки (ЦСП) Андрей Крючков и Евгений Мякинченко подготовили статью об опыте применения силовой подготовки в спринтерской команде. В качестве материала использовались данные за 2012–2014 годы. — Андрей Крючков, по вашему мнению, компетентный специалист? Вокруг его сотрудничества со Шипулиным возникло немало споров.
Андрей Крючков – ученик Льва Павловича Матвеева, выдающегося деятеля спортивной науки. В начале двухтысячных, незадолго до кончины, Матвеев перестал принимать новых аспирантов, однако лично пригласил Крючкова на кафедру. После этого Андрей Крючков преподавал в институте физкультуры. По моему мнению, это говорит само за себя. С 2011 по 2014 год он в качестве аналитика сопровождал спринтерскую команду практически на всех тренировочных сборах, глубоко изучил применяемую методику и впоследствии использовал её в своей работе, включая взаимодействие с Шипулиным.
Я считаю его квалифицированным тренером. Что касается сотрудничества со Шипулиным, то спортсмен сам проявил инициативу – Антон хотел именно Крючкова в качестве наставника. Это говорит об уважении и доверии к нему со стороны атлетов. Мне импонирует ответственный подход Андрея к своей работе; он один из самых вовлеченных и преданных тренеров, которых я знаю. Хотелось бы, чтобы каждый профессионал работал с таким энтузиазмом и вкладывал столько энергии в свое дело. — Рассматривается ли возможность привлечения специалистов из лыжных гонок для сотрудничества с биатлонистами?
— В настоящее время у нас сформирован весьма квалифицированный тренерский штаб. Мне приятно работать с текущим составом команды. Возможно, стоит привлечь узких специалистов, таких как диетолог, специалист по диагностике или физиотерапевт, однако пока не ясно, какие для этого откроются возможности. Я всегда стремился к изучению и применению новых подходов; перед олимпиадой в Сочи у нас были благоприятные условия для этого. Стоит отметить, что в биатлоне организация восстановительных мероприятий отстает от уровня лыжной команды.
— С новым президентом СБР общались уже?
— Мы несколько раз созванивались. Общение было и до его избрания, встречи проходили в Центре спортивной подготовки, когда меня назначили старшим тренером. Мы нашли общие интересы и продолжаем сотрудничество. Надеюсь, это окажется плодотворным. — Этот тренировочный сбор подходит к завершению: куда дальше направится команда?
Очередной сбор состоится на том же месте – в Дёмино. Мы планируем прибыть 28 июля и начать занятия с 29-го числа. В дальнейшем предусмотрен горный тренировочный период. Разумеется, существуют определенные трудности. Мне хотелось бы провести этот сбор в Болгарском Бельмекене, но это зависит от внешних факторов. Если границы останутся закрытыми для посещения, то мы разделимся: одна группа отправится в Сочи, а другая – на Семинский перевал.
Я считаю, что для проведения тренировочного сбора в сентябре Болгария представляется более привлекательным вариантом, чем российские базы, которые рассматривались ранее. Однако, если поездка за пределы страны окажется невозможной, мы можем рассмотреть Семинский перевал с целью подготовки к Олимпийским играм в Пекине. Данное месторасположение удобно с точки зрения часового пояса.