Крупнейший зимний сезон в российских лыжных гонках начался с проведения первых этапов Кубка России в Вершине Тёи. В конце декабря, как и всегда, возникает множество тем для обсуждения, и «Чемпионат» обратился к тренеру национальной сборной Юрию Викторовичу Бородавко, чтобы прояснить самые важные из них.
Свойственной ему прямотой он поведал и о здоровье Большунова, который, казалось бы, идёт на поправку, но испытывает дискомфорт в спине, и о существенных трудностях, возникших у Натальи Терентьевой. Кроме того, он обозначил условия, необходимые для возвращения российских лыжников к международным соревнованиям.
«Травма Большунова продолжает оставаться серьёзной»
– Юрий Викторович, насколько серьёзны проблемы со спиной у Александра Большунова? Он выиграл все четыре гонки, включая Кубок Хакасии.
– Травма представляет собой серьезную проблему и требует продолжительного периода восстановления. Это не похоже на обычную простуду, когда можно несколько дней отлежаться и быстро восстановить форму. Даже выдающиеся спортсмены, такие как Бьорн Дэли и Вегард Ульванг, были вынуждены завершить карьеру из-за аналогичных повреждений. С Александром мы решили двигаться постепенно.
В нашей команде работают два опытных специалиста: мануальный терапевт Сергей Чечиль и массажист Игорь Иванусенко. Они активно сотрудничают не только с Большуновым, но и с Алексеем Червоткиным. После каждой тренировки спортсменам оказывается помощь, включающая тейпирование и выполнение специально разработанной гимнастики. Мы осуществляем непрерывный мониторинг состояния здоровья, используя МРТ для оценки процесса восстановления. Принципиально важно избегать негативного влияния на тренировочный процесс.
Благодаря им есть возможность для Большунова соревноваться. Прежде чем начать лечение, необходимо чётко понимать, что именно требуется вылечить, каким образом это сделать и разработать методику. После этого необходимо строго следовать этой методике. Это большая ответственность, лежащая на специалистах, поскольку они работают со спортсменами высочайшего уровня, и здесь недопустимы ошибки. Чечиль и Иванусенко ежедневно уделяют спортсменам по несколько часов.
— В последние годы в карьере Большунова регулярно возникают различные события.
— Похоже, ему уготовано справляться с этими трудностями. В качестве примера можно привести операцию на гайморовых пазухах под наркозом, а также проблемы с ахиллами после падения с велосипеда, и многое другое. Для достижения успеха ему постоянно приходится преодолевать различные испытания. Это его жизненный путь, путь воина.
— Червоткин, получается, с такой же травмой?
— Да, но в ином месте. У него обострилась травма через несколько дней после Александра. Лёша восстанавливается по схожей методике.
— С ребятами в целом всё в порядке. А что насчёт Наташи Терентьевой?
— Я не могу дать положительную оценку, если честно. До сих пор отсутствует информация, позволяющая разрешить ей начать полноценные тренировки. Она иногда встает на лыжи, чтобы просто покататься. Никакой речи о серьезных нагрузках быть не может. К сожалению, отсутствует положительная тенденция. Я не буду озвучивать прогнозы относительно того, когда мы сможем увидеть Наташу на соревнованиях. До тех пор, пока она не восстановится полностью, мы не начнем тренировочный процесс. Здоровье является приоритетом.
— Возможна ли была бы ускоренная реабилитация спортсменов, если бы сейчас наша сборная участвовала в международных соревнованиях?
— У каждого овоща свой сезон, как гласит пословица. Когда мы участвовали в международных соревнованиях, нас мотивировали другие факторы, были доступны иные возможности, преобладали другие взгляды, а также отличались места проведения тренировочных сборов и проживания. Находясь в России, мы столкнулись с большим числом заболеваний – COVID-19, простуда. Мы постоянно контактируем с большим количеством людей, а вирус никуда не исчез, он продолжает существовать и мутировать. В разных тренировочных группах регулярно заболевают один-два спортсмена. Это повторяющийся процесс. Подобная ситуация наблюдалась в Малиновке, продолжилась в Ханты-Мансийске, а затем и в Вершине Тёи. Однако это характерная особенность России, от которой невозможно избавиться.
В период подготовки к Олимпийским играм мы существовали как сплочённая группа, часто передвигались по Европе на личном транспорте, чтобы избежать перелётов и контакта с большим количеством людей. В настоящее время нас охватили болезни. Каждый спортсмен в нашей группе переболел — и не один раз.
— Каков период, в течение которого спортсмен не может полноценно тренироваться из-за заболевания?
— В большинстве случаев это занимает от семи до десяти дней. Возникает вопрос, как действовать в подобной ситуации: стоит ли начинать все заново или проигнорировать пропущенные занятия и перейти к другим тренировкам. Физическая форма и, особенно, функциональное состояние спортсменов значительно ухудшаются. И затем требуется продолжительное время, чтобы вернуть прежний уровень подготовки. Изначально запланированная последовательность тренировочного плана нарушается. В итоге формируются отдельные этапы подготовки, которые больше не связаны между собой, как это было прежде.
«Состояние команды выровнялось, и явных лидеров среди игроков не наблюдается»
— В прошлом году в Ханты-Мансийске отмечалось, что главная озабоченность заключалась в том, что отсутствие международных соревнований может привести к снижению мотивации и скорости у лидеров сборной. Сохраняются ли сейчас те же самые проблемы?
— Мы успешно преодолели наиболее сложный период, связанный с прошлогодним отстранением, однако трудности сохраняются. Обстоятельства требуют продолжения движения. Тем не менее, совершить невозможное не получится. Психология спортсменов, ориентированная на победу, по моему мнению, приводит к некоторому снижению уровня лидеров. Если говорить о Большунове и Терентьевой, то ранее разница между их результатами и результатами соперников на дистанциях 15 и 10 км была весьма заметной. В настоящее время этого преимущества не наблюдается. Сейчас всё решается в напряженной борьбе и серьезной конкуренции. Речь идет не об одном конкретном сопернике. Уровень всей сборной России приблизился, а лидеры не добились значительных успехов.
— Не исключено, что они проявляют осторожность, так как победа может быть достигнута без особых затрат сил?
— Именно это я и имею в виду. На мировой арене подобный подход неэффективен, поскольку требует постоянного напряжения и ускорения. А человеческий организм приспосабливается к тем темпам, которые ему предписаны, и они становятся нормой. Это вызывает опасения. Потребуется немало соревнований в рамках этапов Кубка мира, чтобы вернуть скорость, необходимую для достижения высоких результатов.
— Значит, в случае, если сборная России будет допущена до участия в Кубке мира уже завтра, то ведущие игроки не смогут сразу рассчитывать на победы?
— Узнать это станет возможно лишь после нашего возвращения. Анализ трансляций с первого этапа Кубка мира не выявил ничего экстраординарного. Вероятно, мы вернёмся с незначительным отставанием, которое удастся оперативно сократить. Однако наш уровень всё же несколько ниже.
— Не снизился ли уровень чемпионата мира из-за отсутствия российских спортсменов?
— Я не согласен с этим утверждением. Достаточно взглянуть на классическую мужскую гонку на 10 км в Руке – там невероятная плотность участников! Бывали моменты, когда в пределах пяти секунд находилось около восьми человек. Именно к такому результату нам и стоит стремиться. Сейчас для нашей молодёжи наступает период становления, в течение которого они могут накопить силы и улучшить свои функциональные возможности, чтобы на Кубке мира, после возвращения, показать достойный результат.
«Заявить об этом просто, однако подобное решение невозможно воплотить в реальность»
— О чемпионате мира. Каким образом вы восприняли высказывания норвежских спортсменов о том, что без участия россиян соревнование кажется менее интересным?
— Они не высказываются подобным образом. Понятно, кто осуществляет управление, поскольку международные федерации получают не рекомендации, а директивы от МОК. И кто руководит самим МОК, также не является тайной. Не испытываю удивления. Это всего лишь личное мнение спортсменов, которые не в силах что-либо изменить. Ожидаем завершения специальной военной операции. Только после этого будет рассматриваться наше возвращение.
— Вы сомневаетесь, что FIS позволит россиянам участвовать в соревнованиях без прямого распоряжения вышестоящих органов?
— FIS – это общественная организация, где все решения принимаются посредством голосования. Мы помним, кто первым ввёл против нас санкции – англосаксы. Решение о введении санкций принимали политические лидеры, а спортивные функционеры лишь подчинились. До тех пор, пока политики не придут к соглашению, спортивные организации не смогут самостоятельно решать вопросы о допуске российских спортсменов. У президента FIS нет достаточных полномочий для решения этой проблемы. Но даже если бы такие полномочия существовали, и он принял решение о допуске российских спортсменов, норвежцы бы возразили и заявили бы, что не выдадут им визы. Финны, например, вообще закрыли границы и не пропускают людей с российскими паспортами. Все предложения FIS столкнутся с решениями политического руководства отдельных государств. На словах всё выглядит просто – давайте допустим. Но когда дело дойдёт до реализации, это окажется невыполнимым.
— В любом случае, ваша основная задача — подготовка к 2026 году?
— Безусловно, эту проблему не решено. Спортсмены настроены на её решение. Наш текущий уровень возможностей пока далёк от желаемого. Мы давно отказались от чрезмерного оптимизма.
— Вы придерживаетесь точки зрения Елены Валерьевны Вяльбе, выступающей против участия в нейтральном статусе?
— Нейтральный статус, который мы имели в Пхёнчхане и Пекине, существенно отличается от того, что сейчас требуется от нас в Париже. По сути, из нас пытаются сделать исключённых. Сейчас прилагаются все усилия, чтобы не допустить к участию в Олимпиаде даже тех, кто, казалось бы, выполнил все необходимые условия. В любом случае, последует специальная комиссия для рассмотрения вопроса допуска. Я не могу даже подобрать слова, чтобы описать ситуацию, когда нам пытаются убедить, что война, которую ведёт Израиль, принципиально отличается от всего остального. Если бы Россия применила подобный подход, специальная военная операция давно бы завершилась. Но какой ценой – с огромными потерями среди гражданского населения! Это самый простой способ достижения цели.
— Представьте себе, что на российских лыжников распространяются те же условия ОИ-2026, захочет поехать в нейтральном статусе?
— Все стремятся принять участие, ведь Олимпиада – это высшая точка в спортивной карьере. Однако предъявляемые условия нереалистичны. Спортсменам предписывают публично осудить специальную военную операцию, отказаться от государственной поддержки, оплачивать подготовку из собственных средств. По сути, им требуется полный отказ от своей страны. И ради чего стоит выполнять такие условия?
— Вероника Степанова справедливо утверждает, что нет необходимости отправляться на соревнования, где заранее обречена на проигрыш тем, кто располагает неограниченными возможностями в плане тренерского сопровождения, физиотерапевтической помощи и обслуживания?
— Согласен, но это заключительный этап. Предпринимаются все усилия, чтобы мы сами отказались от участия. После этого можно будет сделать официальное заявление: вас допустили, однако вы не поехали. Тема практически исчерпана, её можно считать закрытой. Необходимо сосредоточиться на текущей жизни. У нас составлен отличный график, большое количество соревнований – не меньше, чем на этапах Кубка мира.
«В марте запланировано мероприятие, в котором примут участие лыжники и биатлонисты»
— Возможно ли сделать календарь российских соревнований более привлекательным?
— В заключительной гонке Кубка России в Кировске финиш будет располагаться на горнолыжном склоне, подобно «Тур де Ски», что позволит зрителям наблюдать за схваткой сильнейших. В марте в Тюмени запланировано проведение шоу с участием лыжников и биатлонистов. Детали формата пока не определены, однако ведется работа над его разработкой. Мероприятие станет развлекательным и не внесёт изменений в расписание соревнований спортсменов.
— Это верное решение. Когда-то мы недооценивали Ski Classic – казалось, норвежцы просто что-то придумали. Однако идея получила развитие. Сегодня в марафонской серии участвуют многочисленные международные команды. В велоспорте давно сложилась аналогичная ситуация. Я полагаю, что со временем всё придёт к такому формату, возможности расширятся. Я оцениваю это позитивно. То, что происходило в биатлоне, можно считать экспериментом. Но полноценных клубов на самом деле практически не существовало. А заявка спортсменов в качестве индивидуальных участников – чем это отличается от обычных стартов? Мне представляется, что сейчас телега впереди лошади. Лучше сначала создадим клубы, посмотрим, как они будут функционировать, привлечём в них спонсоров, которые обеспечат финансирование. Именно в этом заключается будущее.
— Похоже, вы настроены решительно. В прошлом году вы производили впечатление более уставшего человека, если это уместно.
— Мы существуем в настоящем моменте. Изначально предполагалось, что через год мы сможем вернуться. Однако год прошёл, и мы так и не вернулись. Поэтому сейчас мы можем рассчитывать только на собственные силы. Мы намерены сохранять высокий уровень конкуренции, как это всегда было в рамках данной структуры. Новые спонсоры проявляют большое стремление к организации соревнований. В этом аспекте мы совершили значительный прогресс. Ранее интерес к внутренним соревнованиям, в которых не участвовали сборные, был ограничен, а теперь он достиг пика. Это идёт на пользу всему лыжному спорту, и особенно молодому поколению, получившему шанс состязаться с сильнейшими.
