По словам тренера по лыжным гонкам Юрия Бородавко, спортсмены чувствуют себя более расслабленными и сбалансированными, когда рядом находятся близкие люди, что способствует эффективному тренировочному процессу. В интервью RT он отметил, что стремится учитывать потребности спортсменов в период подготовки. Специалист также рассказал о влиянии свадьбы на Александру Терентьеву и Наталью Непряеву, выразил надежду на преодоление проблемы нехватки спортсменов среднего уровня на базе в Цахкадзоре и прокомментировал ситуацию с конфликтом Йоханнеса Клебо и норвежской федерацией.
— Помимо Юлии Ступак, присоединившейся к команде под руководством Егора Сорина в конце предыдущего сезона, остальная группа начала тренировочный процесс в прежнем составе, который сохратился с прошлого года. Как вы оцениваете текущий сезон по сравнению с прошлым? Не возникает ли у вас ощущение, что его уровень несколько снизился?
— Безусловно, одной из основных причин можно считать увеличение числа заболеваний. В течение подготовительного периода каждый участник перенес как минимум две болезни, а некоторые — даже три.
— С чем вы это связываете?
— В первую очередь это касается более активного общения и большего количества людей вокруг. Спортсмены нередко пользуются общественным транспортом: аэропорты, поезда. Когда мы в сентябре прибыли на летний чемпионат в Малиновку, там уже были инфицированные. Не прошло и недели, как в нашей группе поочередно заболели пятеро спортсменов, и даже на старт выйти было некому. Кто-то перенес заболевание в более легкой форме, а Артём Мальцев, например, переболел очень тяжело. После выздоровления анализ на антитела показал показатель более 800.
— То есть ковид никуда не делся?
— Он существовал всегда, просто носил другие названия. Фактически, это одна из форм гриппа, отличающаяся более тяжёлым течением по сравнению с предыдущими. Для спортсменов вирусные инфекции протекают крайне тяжело. Особенно если лечение включает антибиотики.
— Применение антибиотиков нередко может нивелировать все предварительные усилия.
— Именно. И нельзя спешить с увеличением нагрузки. Все уже осознали, что слишком раннее начало интенсивных тренировок после подобных заболеваний чревато негативными последствиями. Поэтому мы с ребятами решили: начинаем увеличивать нагрузку только после полного выздоровления.
— Существовали ли у каких-либо из ваших спортсменов мысли о завершении карьеры по окончании предыдущего сезона?
— Нет. Все по-прежнему ориентированы на достижение целей и продуктивную работу. Обсуждения перспектив касаются, в основном, 2026 года.
— Но, вероятно, стимул пошёл на спад, когда стало известно, что Россия пропустит второй международный сезон подряд?
— Сообщения, поступающие от FIS и Международного олимпийского комитета, не вселяют оптимизма нашим спортсменам. Однако важно осознавать, что в лыжных гонках невозможно мгновенно, за короткий срок, достичь необходимой спортивной формы, особенно после перерыва. Требуется постоянная, многолетняя работа над собой. В противном случае, добиться успеха будет сложно. Спортсмены это понимают.
— Сохранение мотивации — сложный процесс?
— Безусловно. Уровень требований неуклонно снижается, независимо от наших желаний. Уменьшается интенсивность состязаний, ослабевает конкуренция, личные трудности всё сильнее отвлекают внимание. Помимо этого, влияют болезни. Известно, что у некоторых спортсменов возникают размышления о переходе на тренерскую деятельность. Однако это происходит в моменты уязвимости, в периоды эмоционального истощения, когда накапливается усталость. Когда усталость отступает, энтузиазм вновь вспыхивает.
— В прошлом году отмечалось, что наибольшие трудности изоляция доставила руководителям — Наталье Непряевой и Александру Большунову. Как обстоят дела сегодня: ситуация стала более стабильной или ухудшилась?
— Я бы сказал, что подготовка стала более сложной. При подготовке к предыдущим Олимпийским играм большинство сборов проходили за рубежом. Это обеспечивало высокую мотивацию, полную сосредоточенность на работе и отсутствие отвлекающих факторов. Сейчас, проводя большую часть времени в России, стало значительно труднее отвлечься от личных забот и проблем. Повседневные дела также требуют сил и энергии.
— Похоже, ваша команда постепенно становится чем-то вроде семейного общежития, судя по тому, что я вижу: Большуновы и Терентьевы вместе. Остальные участники не привозят свои семьи?
— Дениса Спицова, например, сейчас сопровождают здесь жена и ребёнок. Ваня Якимушкин тоже привез Ольгу с сыном. Они не проживают на стадионе, а арендуют жильё поблизости. Все занимаются спортом, готовятся к предстоящему сезону. Мы уже подшучиваем: возможно, стоит ввести новую должность в составе сборной – тренер по воспитанию. Я, в свою очередь, стараюсь учитывать потребности спортсменов, чтобы их семьи могли быть рядом.
— Я вполне сочувствую вам, но как тренеру это, скорее, должно создавать препятствия?
— Именно это и вызывает вопрос. Когда ребята находятся на тренировках без посторонних, я замечаю, что они постоянно отвлекаются на свои телефоны. Постоянно пытаются решить какие-то вопросы, находясь на расстоянии. Когда рядом близкий человек, они становятся более спокойными и уравновешенными, и тренировки проходят продуктивно.
— Наличие лидера в крупной и однородной команде существенно упрощает тренировки для остальных участников, однако для самого лидера это сопряжено с дополнительными трудностями. Он неизбежно становится ориентиром, за которым следят и стремятся его превзойти. Вы замечаете, что Большунов испытывает усталость из-за этого, даже если он сам не осознает этого?
— Большинство наших тренировок проводятся не в групповом формате. К тому же, Александр – спортсмен, который может легко оторваться от тех, кто пытается тренироваться рядом, бегая с его скоростью. Я полагаю, что это верный подход. Во время тренировки спортсмену важно сосредоточиться на тактике прохождения определенного участка и на технике выполнения упражнений, то есть быть максимально сконцентрированным на собственных действиях. Когда люди тренируются в паре, между ними часто возникают разговоры, что отвлекает от процесса.
— «Сбросить с хвоста» — это как выглядит?
— Можно сделать передышку, начать употреблять напитки, дождаться, пока все пройдут мимо. Или внезапно сменить направление движения, повернуть влево или вправо. В подобных ситуациях человек, идущий позади, мгновенно осознаёт, что его игнорируют. Полагаю, у Сани не возникает трудностей с таким поведением.
— Какой из ваших спортсменов показал наибольший прогресс за летний период, сравнивая его с его предыдущими результатами?
— Я не хочу торопиться с распределением мест. Летняя подготовка имеет свои особенности. Не всегда спортсмены, демонстрирующие хорошие результаты летом на тренировках, показывают аналогичный уровень зимой. Поэтому я всегда сравниваю текущие показатели спортсмена с его результатами предыдущих лет. Для этого проводятся контрольные старты и тестовые тренировки, во время которых спортсмены преодолевают заданное количество километров по определённым кругам. Зима – это главный критерий оценки.
— Существует распространенное мнение, что спортсмену необходимо постоянно превосходить собственные достижения. В нынешних условиях развития спорта, насколько это действительно осуществимо?
— У многих спортсменов, занимающихся в моей группе, возраст уже позволяет говорить о пике или почти достигнутом пике их физических возможностей. Наша основная задача — поддерживать этот уровень. К сожалению, пока что нет достаточных возможностей для проведения сравнений, в том числе и потому, что ранее мы занимались в других местах.
— И на другом снегу?
— На другом снегу, в иных условиях. В настоящее время мы ищем для себя новые места сбора и до сих пор не можем разрешить вопрос о подготовке на средних высотах.
— А как же Цахкадзор?
— Только в этом году, посетив это место для сбора, мы убедились, что это действительно отличная база, пригодная для использования в летний период подготовки. Для меня Цахкадзор – хорошо знакомая высота. Мы, как спортсмены, также тренировались там в разное время года, и летом, и зимой. В начале 2000-х я со своей группой начал восстанавливать эту базу, и к Играм-2006 мы готовились именно там. К тому моменту у нас был определённый опыт работы с этой базой, и было решено проводить в Цахкадзоре не только финальный этап подготовки, но и отборы, так как сами Игры должны были состояться на схожей высоте – около 2 тыс. м. Олимпийские результаты подтвердили правильность нашего решения.
— То есть дефицит среднегорья закрыт?
— Чтобы добиться этого, необходимо пройти полный цикл работы с текущей группой тренирующихся. Это предполагает более длительное использование данной базы, наблюдение за улучшением рабочих показателей и оценка влияния тренировок на данной высоте для конкретных спортсменов. На самом деле, это очень благоприятная высота. Она сопоставима с болгарским Белмекеном, где многие спортсмены ощутили реальное повышение результатов. В этом году мы планируем провести там январский сбор. И, вероятно, в летний период также будем использовать эту базу. Тем более, что 90% необходимого для подготовки уже имеется в Цахкадзоре.
— Основа вашей команды формировалась почти за два олимпийских цикла. Если в 2026 году удастся принять участие в Играх в Милане, многие спортсмены, вероятно, решат завершить спортивный путь, учитывая возраст и опыт. Есть ли преемники?
— Мы разработали комплексную систему подготовки, направленную на выявление и поддержку одаренных спортсменов. Она включает юниорский состав и команду U-23, предоставляющую возможность проявить себя всем желающим.
— А вы туда глазом косите?
— Я хорошо знаком со всеми спортсменами, включая юниоров, спортсменов переходного возраста и юношей. Постоянно изучаю результаты соревнований, проводимых в России.
— В ситуациях, когда требуется командная работа, кто инициирует сотрудничество, вы или ваши коллеги?
— Я выступаю за достижение взаимопонимания. В настоящее время необходимо завершить текущую работу. По моему мнению, не все мои спортсмены реализовали свои возможности в полной мере. Некорректно было бы переходить к молодым спортсменам, отводя на второй план нынешних лидеров. Хотя в нашей группе есть и молодые атлеты.
— Какие спортивные события этого сезона стоит посетить обязательно?
— Это Спартакиада, которая состоится в Тюмени, и чемпионат России. Также я бы включил сюда финал Кубка России в апреле. Этапы Кубка – это несколько иное соревнование. Поэтому для Непряевой и Большунова, учитывая их проблемы со здоровьем, я изначально планировал работу, чтобы она была направлена на постепенное улучшение спортивной формы к февралю.
— Вы намеренно готовите спортсменов к участию во всех дистанциях Спартакиады?
— Да, им необходимо адаптироваться к возможности участия в четырёх или пяти гонках в течение десяти дней.
— Неужели с годами люди не стремятся упростить свою жизнь, выбрав несколько ключевых направлений вместо того, чтобы пытаться охватить всё сразу?
— Иногда так и поступают, и это вполне оправдано. Если спортсмен демонстрирует выдающиеся результаты на коротких дистанциях, нет смысла тратить силы на забег на 50 километров и занимать там незначительное место. Важно сосредоточиться на своих сильных сторонах и стремиться к победе на выбранных дистанциях. Также желательно участвовать в эстафетах, чтобы быть разносторонним спортсменом. Хотя существуют универсалы, которые соревнуются во всех видах, как, например, Большунов или Йоханнес Клэбо, и получают от этого большое удовольствие.
— Вы понимаете, что Клэбо не планирует участвовать в этом году в Кубке мира?
— По моему мнению, здесь всё связано с финансами. Также важную роль играет желание норвежской федерации ограничить Клэбо, чтобы он осознал своё место. Он стремится показать свою значимость, отстаивает свою точку зрения и позицию. Всё это проявляется в скрытых смыслах и отдельных высказываниях.
— Значит, стороны стремятся оказывать давление и навязывать свою позицию?
— Именно. В предыдущие годы ситуация была аналогичной, договоренности заключались в последний момент. На этот раз, по моему мнению, Клэбо всё же пойдёт на уступки или федерация совместно с ним найдёт какие-то компромиссные решения. Отказ от участия в этапах Кубка мира и участие во второстепенных соревнованиях не будет для норвежца самым выгодным вариантом. Это ему будет невыгодно.
— Как бы вы действовали, если бы подобную точку зрения выразил Большунов?
— По моему мнению, люди, как люди, обязаны находить общий язык и приходить к соглашениям. Это основополагающий принцип.
— А какую позицию вы бы заняли, спортсмена или ФЛГР?
— Вопрос оказался некорректным. С одной стороны, я выступаю в роли тренера национальной сборной, и это налагает определенные обязательства, связанные с корпоративной этикой. С другой стороны, я не могу игнорировать интересы спортсмена, с которым сотрудничаю на протяжении многих лет. Я обеспокоен его психологическим состоянием не меньше, чем его физической формой. Тем не менее, я уверен, что Елена Валерьевна [Вяльбе] сможет найти общий язык с любым спортсменом.
— Александр Терентьев все еще предпочитает беговые дистанции, связанные со скоростью?
— В этом году мы приняли решение уделить повышенное внимание его подготовке к спринтерским гонкам. Что касается спринтов, необходимо быть полностью готовым к таким стартам. Все остальные дистанции Александр рассматривает не как приоритетные, а как подготовительные, обеспечивающие поддержку. Кроме того, существует спринтерская эстафета и классическая гонка. Сокращение мужских эстафетных этапов до 7,5 км, где будут выступать спринтеры, по мнению специалистов, будет способствовать его развитию.
— Вы имеете в виду, что он, пожалуй, один из немногих в команде, кто положительно воспринимает эти изменения?
— Я бы сказал, что его они в меньшей степени коснулись.
— Повлияло ли вступление Александра и Наташи Непряевых в официальный брак на их тренировочном режиме?
— Подготовка к свадьбе потребовала от них значительных затрат времени, сил и энергии, что, конечно, не могло не вызвать у меня некоторого недовольства. В остальном, по моему мнению, ничего не изменилось, и они по-прежнему остаются спокойными и уравновешенными.
— Мне всё же представляется, что семейное положение неизбежно приводит к внутренним изменениям у женщины. Она начинает ощущать себя более защищённой и становится, как мне кажется, более спокойной.
— Вы, вероятно, правы. В теории это не самый благоприятный фактор для спортивной деятельности. Неслучайно существует поговорка: если живот увеличивается, то ухудшается зрение. Когда живот начинает прилипать к спине, человек становится агрессивным и начинает действовать импульсивно. Поэтому ключевым аспектом в нашем деле является сохранение неутолимой жажды победы. В таком случае всё будет хорошо.
