История лыжницы Марии Гущиной, которая завоевала медаль на чемпионате мира ещё в 2013 году, поистине необычна.
После почти двух лет разбирательств, связанных с допингом, ей удалось избежать каких-либо санкций. Пережить тяжелую болезнь, понести немалые финансовые и эмоциональные затраты, но не сломаться — и добиться победы. Это наглядный пример того, что даже сложную антидопинговую систему можно направить в правильное русло, если ты: 1) говоришь правду; 2) очень этого желаешь.
Разрешение дел, связанных с антидопинговыми нарушениями, нечасто приносит спортсмену полную оправдательную вердикт. Обнаружение запрещенного вещества или факт применения запрещенных методов – почти всегда приводит к дисквалификации. В наиболее благоприятном сценарии, срок отстранения могут уменьшить, если имеются смягчающие факторы. Полностью избежать наказания – исключительный случай. За прошедшие годы это удавалось лишь легкоатлетам из Чувашии, которых задержали в 2017 году во время внутривенных инфузий. Однако, в их пользу сыграли несовершеннолетний возраст и процессуальные недочеты.
Для Гущина ничего подобного не существовало. Далее представлена ее история противостояния системе.
Сотрудники антидопинговых служб рекомендовали спортсменам откровенно сообщать о любых проведенных запрещенных медицинских манипуляциях, чтобы избежать возникновения вопросов и осложнений»
Гущина – обладательница титула победительницы молодежного первенства мира, призерша чемпионата мира 2013 года в эстафетной гонке, стабильно входила в состав национальной сборной и занимала призовые места на чемпионатах России.
В августе 2019-го стала мамой во второй раз.
В соответствии с обычной практикой для лыжниц, Гущина не делала длительного перерыва в связи с декретом. Она практически сразу после родов вернулась к тренировкам и уже предстоящей зимой приняла участие в соревнованиях. Весной спортсменка прошла обследование в спортивном диспансере, где были выявлены нарушения в работе щитовидной железы, после чего ей была проведена биопсия. Патологии при этом не обнаружили, и Мария отправилась в отпуск. Хотя полноценно насладиться им непросто, когда супруг находится на сборах, а двое маленьких детей требуют заботы.
Несмотря на это, даже такое благополучие оказалось недолгим. Внезапно заболела шея, поднялась температура, возникла болезненность при глотании… В период пика пандемии (имеется в виду 2020 год), подобное состояние без сомнений интерпретировалось как вызванное коронавирусной инфекцией. Поэтому врач в поликлинике назначил антибиотики. Однако прием этих препаратов не привел к улучшению.
После нескольких недель посещений медицинских учреждений Гущина получила диагноз — подострый тиреоидит, аутоиммунное заболевание щитовидной железы, которое часто развивается после родов. В качестве терапии был назначен преднизолон, глюкокортикоид, включенный в перечень запрещенных веществ WADA.
Гущина не склонна к импульсивным действиям. Даже при повышенной температуре и отеке шеи, перед приемом лекарства Мария запросила консультацию у РУСАДА и у спортивного врача, работающего в регионе. Все специалисты подтвердили, что прием преднизолона во время тренировочного периода допустим, поскольку инцидент произошел в начале июня.
Мария начала гормональную терапию. Прошло несколько дней, затем неделя, однако улучшения не наступало. Вопрос уже не стоял в возможности заниматься спортом, а касался элементарной жизни без страданий.
«Я испытывала постоянный тремор, за одну ночь теряла около двух килограммов. Сижу на фитболе, качаю сына, но меня сотрясает и обильно потею… Я обращалась ко всем знакомым врачам, умоляла: «Пожалуйста, у меня на руках двое маленьких детей, я хочу жить, хочу еще заниматься спортом — помогите мне!» Тогда мне предложили плазмаферез. Спортивный врач, после некоторого раздумья, одобрил эту процедуру», – рассказала Гущина изданию Sports.ru
Плазмаферез – это метод, при котором жидкая составляющая крови, плазма, разделяется и отстраняется от форменных элементов, таких как эритроциты, лейкоциты и тромбоциты. После разделения клетки возвращаются в кровоток. Плазма, содержащая потенциально вредные вещества, например, токсины или антитела, провоцирующие аутоиммунное повреждение щитовидной железы (как в случае с пациенткой Гущиной), подвергается утилизации. Данный метод не является общепринятым способом лечения, однако в отдельных, критических ситуациях, подобной ситуации с Марией, он может быть эффективным.
Все негативные проявления ушли, результаты исследований оказались в пределах нормы, и появилась возможность приступить к тренировкам.
В конце июля 2020 года Гущину был проведен допинг-контроль. Это была внесоревновательная проверка, в рамках которой были взяты анализы крови для паспортизации.
Перед проведением анализа необходимо заполнить анкету, в которой следует указать все принимаемые лекарственные средства, включая разрешенные, сведения о перенесенных заболеваниях, и ответить на вопрос о факте переливания крови?»
Вероятно, если бы Гущина не внесла записи в этот протокол, последствия были бы менее серьезными. Однако, ее откровенное признание обернулось для нее почти двухлетние судебные разбирательства. Процесс расследования затянулся на длительный срок: допинг-контроль был проведен в июле 2020 года, а решение было принято лишь в июне 2022 года. На протяжении всего этого времени спортсменка формально имела возможность продолжать тренировки и участвовать в соревнованиях. Однако, фактически в прошлом году на чемпионате России она не смогла завершить выступление. Все ее мысли были сосредоточены на другом.
«Наибольшую боль причиняло чувство несправедливости. За что меня отстраняют – за то, что я пыталась сохранить свою жизнь и здоровье? За честное описание произошедшего на допинг-контроле? Я не употребляла никаких запрещенных веществ и не стремилась получить нечестное преимущество. О повышении спортивных результатов я не задумывалась, когда проходила процедуру», – заявила Гущина.
Адвокат Сергей Лисин сразу рекомендовал оформить ретроактивное терапевтическое исключение. Эта процедура позволяет внести коррективы задним числом, когда медицинская помощь оказывалась в экстренной ситуации. Дело Гущиной относится к подобным случаям, что дает возможность избежать наказания. Однако, плазмаферез не включен в перечень рекомендованных Минздравом методов лечения данного заболевания.
Причины произошедшего остаются неизвестными. Вероятнее всего, все дело в излишней бюрократии: если процедура рекомендована, ее необходимо оплачивать в рамках ОМС. На разбирательства с РУСАДА (где за этот период дважды сменилось руководство, от Гануса до Буханова, а затем и до Логиновой) было потрачено огромное количество писем и горы медицинских документов.
В итоге, этим летом решение так и не было принято: «Гущину не лишат дисквалификации, ее единственным взысканием станет предупреждение».
«Здоровье людей имеет приоритет над антидопинговыми правилами»
Сергей Лисин, представляющий спортсменку, дал нам комментарий.
– Вы полагаете, что это дело создаст основу для решения подобных вопросов в дальнейшем?
– В антидопинговом законодательстве отсутствуют прецеденты, существуют лишь дела, имеющие схожие черты. В деле Марии важным аспектом является тот факт, что даже в случае обращения за терапевтическим исключением до проведения процедуры, ответ был бы получен не сразу, что могло привести к нанесению серьезного, необратимого вреда ее здоровью.
В связи с этим предложенная РУСАДА модель поведения неприменима. Этот вывод, вероятно, можно будет использовать и в других случаях: спортсмен – это, прежде всего, человек, и забота о его здоровье и жизни имеет приоритет над антидопинговыми правилами.
– В чем причина такой затяжной реализации, которая заняла два года?
– Изначально РУСАДА не спешило выдвигать обвинения, и это произошло лишь в марте 2021 года. После этого мы собирали необходимые медицинские документы для подачи запроса на ретроактивное терапевтическое исключение, готовили обращение в ТИ, ожидали ответа, который оказался отрицательным.
После этого состоялись первые слушания, в ходе которых члены ДАК РУСАДА, выслушав эксперта-эндокринолога, представлявшего нашу сторону, не смогли понять причины отказа Марии в ТИ. Сам ДАК направил запрос в комитет РУСАДА по вопросу ТИ для получения разъяснений. Ожидание ответа повторилось. В итоге, летом состоялись финальные слушания. В целом, значительная часть времени была потрачена на ожидание, само дело имело достаточно четкую и понятную структуру, без неоднозначностей.
– Что было самым сложным в процессе?
– В первую очередь необходимо было успокоить Марию, поскольку она сильно переживала случившееся и не могла сдержать слез во время наших бесед.
Далее необходимо будет найти врача – спортивного врача, эндокринолога, который не откажется выступить на слушаниях против РУСАДА. Также требуется найти официальные рекомендации американского общества эндокринологов, в которых при диагнозе Марии, в частности, показан плазмаферез.
Таким образом, можно утверждать, что Министерство здравоохранения США дает такие рекомендации, в то время как в России этого нет, и американская лыжница без труда получила бы терапевтическое исключение. А это уже является несправедливостью – выходит, что права спортсмена непосредственно связаны с его гражданством.
* * *
Победа Гущиной над существующей структурой не стала менее сложной, чем ее достижения в лыжных гонках. Возможно, она даже более значима: теперь создан пример, демонстрирующий, что отстаивание собственных прав может принести успех.
