Илья Черноусов – лыжник, окутанный аурой таинственности. Наивысшие достижения в его спортивной карьере пришлись на начало 2010-х годов: бронзовая медаль чемпионата мира в скиатлоне и бронза Олимпийских игр в Сочи, где российские спортсмены заняли весь подиум.
Около того же времени Черноусов переехал в Европу. После соревнований 2014 года он женился на швейцарской биатлонистке Селине Гаспарин (свадебная церемония состоялась в Новосибирске), получил гражданство и двойную фамилию.
И с тех пор – не на виду.
Создавалось впечатление, что Илья не ощутил себя комфортно в России и начал дистанцироваться: он практически перестал давать интервью на русском языке, исчез из информационного поля и даже столкнулся с публичными обвинениями экс-тренера в предательстве (ему приписывали сговор в допинговых делах Легкова и Вылегжанина, чтобы получить золото сочинского марафона).
Пять лет назад я начал выступать за сборную Швейцарии, а через год завершил карьеру.
Черноусов, не достигший 40-летнего возраста, в настоящее время руководит сборной Лихтенштейна и при этом поддерживает связь с Россией. Он даже выразил готовность работать со сборной России.
Именно благодаря приему Ильи Сахалинский марафон приобрел международное значение, о чем мы и говорили.
Черноусов получил сертификат тренера в Швейцарии. По его словам, полученные знания стали для него ключом к вершине успеха»
– Добраться до Южно-Сахалинска пришлось с пересадками в Стамбуле и Москве. Здесь живут мои родственники, я стараюсь их навещать – был прошлой зимой, был летом. Сейчас приезжаю на марафоны в большей степени для себя, чтобы поддерживать физическую форму. И, конечно, чтобы пообщаться с людьми и ощутить эту особенную атмосферу. Мне кажется, людям также важно видеть спортсменов.
– Как организовать поездку по России продолжительностью одну-две недели, не нарушая рабочий график?
– В прошлом году это было похоже на отпуск. В целом, работа тренера не предполагает фиксированного рабочего времени: она требует постоянной вовлеченности, как и занятия спортом. В некоторых случаях есть возможность работать удаленно и поддерживать связь.
– Вы изначально предполагали, что станете тренером, или это произошло случайно?
– Я получил педагогическое образование. В период занятий спортом мне нравилось составлять планы, оказывать помощь другим и отслеживать новые тенденции в тренировочном процессе – это было и частью моей основной деятельности, и дополнительной специализацией. Общение с людьми всегда вызывает интерес.
В позапрошлом году я завершил обучение на курсах в Швейцарии, которые там именуются «тренер высоких достижений» и соответствуют нашей высшей категории.
В Швейцарии старые дипломы не имеют юридической силы, требуется подтверждение квалификации. Однако, если к моменту начала обучения у вас уже есть достаточный уровень владения языком и общее понимание методики тренировок, то учебный процесс не покажется слишком продолжительным или трудным. Благодаря имеющимся знаниям, мне удалось сразу достичь наиболее продвинутого уровня.
– Как вообще возник вариант с обучением?
– Меня часто просили дать консультацию, оказать помощь – я приобрел этот опыт еще во время спортивной карьеры. Затем произошла пандемия COVID-19, я перенес ее тяжело и осознал, что восстановление прежней формы будет сложным. К тому же, интерес к этому уже угас…
У меня открылись благоприятные перспективы для реализации давних увлечений. Безусловно, определенные обстоятельства сыграли свою роль – если бы не болезнь, я, вероятно, еще пару лет занимался бы бегом.
– За Швейцарию?
– Да, моя аккредитация швейцарская – она у меня с тех пор, как я получил гражданство. Также у меня есть и соответствующая лицензия. Я даже выступал на Сахалинском марафоне, представляя Швейцарию. Если я начну соревноваться сейчас, то у меня будет швейцарский флаг. Возможно изменить гражданство лишь однажды в карьере, поэтому я не могу вернуться назад.
Швейцария, подобно России и Америке, разрешает наличие двух паспортов. Это стандартная практика для многих стран.
– Стоимость обучения на тренера в Швейцарии – какой она может быть?
– В Швейцарии существуют иные условия жизни, и сравнение с Россией затруднительно, поскольку цены значительно выше. Даже краткосрочный курс обойдется минимум в 200–300 франков (что эквивалентно до 30 тысяч рублей, по данным Спортс’’). При направлении от федерации возможны скидки.
Начало деятельности с нуля потребует не менее 10 тысяч, чтобы пройти весь путь за несколько лет. Обучение включает в себя по два серьезных курса в месяц, что в общей сложности занимает 3-4 года. Я не располагаю информацией о наличии в Швейцарии специализированных спортивных институтов, выпускающих готовых тренеров; большинство специалистов проходят подготовку в центре спортивной подготовки в Маглингене.
Необходимо подтверждать свою квалификацию каждые два года, проходя соответствующие курсы. В этом отношении система схожа с российской. Однако методика обучения существенно отличается, и детальное изучение этой системы, скорее всего, нецелесообразно.
– Тренерство – стратегически основной путь для вас?
– Я не стану так выражаться. В настоящий момент это вызывает мой интерес. В будущем можно будет заняться чем-то другим, даже одновременно.
Илья и Черноусова расторгли брак, однако Черноусов-Гаспарин сохранил фамилию, а его бывшая супруга осталась Черноусовой
– У вас действительно двойная фамилия – Черноусов-Гаспарин?
– Да, через дефис. Для спортивных мероприятий осталась Черноусов, так было удобнее.
– Существуют ли какие-либо юридические основания для наличия двойной?
– Нет, тогда просто приняли такое решение. Хотя возникли значительные трудности с оформлением – в Швейцарии в то время отменялись двойные фамилии, и в конечном итоге оказалось, что в стране я, возможно, один из немногих, у кого двойная фамилия.
На момент принятия этого закона я не являлся гражданином Швейцарии, поэтому он не имел ко мне отношения. Интересно, что у моих детей фамилия Черноусов, а у последующих поколений она будет Черноусов-Гаспарин. Процесс изменения документов обратно – довольно трудоемкий, учитывая их большое количество, к тому же это не создает для меня проблем.
Бывшая жена – уроженка Черноусова. В этой стране действует иная система: в паспорте можно указать любую информацию, даже фамилию родственника, в отличие от России. Однако в официальных документах будет зафиксирована ее официальная фамилия, поскольку паспорт не является главным документом.
– Вы сказали: бывшая супруга.
– Именно так сложились обстоятельства. После десяти лет совместной жизни мы приняли такое решение.
Детали этой личной истории не разглашались. У нас есть общие дети, и именно на этом основании мы поддерживаем связь с Селиной.
«В Европе в основном не испытывают симпатии к Швейцарии, и Швейцария, в свою очередь, проявляет схожее отношение к Лихтенштейну»
– Где вы живете?
– Лихтенштейн, горнолыжный курорт Мальбун. Дорога от места моей жизни в Швейцарии, в регионе Ленцерхайде, занимала около часа. Курорт расположен буквально в километре от места проведения биатлонного чемпионата мира 2025 года.
У этого стадиона, кстати, весьма любопытная предыстория. Отец биатлониста Никласа Хартвега на протяжении длительного времени занимался строительством этого объекта, выступая основным инвестором. Впоследствии он продал его швейцарской федерации. В процессе строительства возникли определенные трудности. В стране ограниченное количество земли – для создания трассы требуется множество соглашений и разрешений. И если вдруг фермер, владеющий участком, на котором расположена трасса, не согласен, все проекты приходится корректировать.
Прошло десятилетие, прежде чем началось строительство трассы. Кроме того, этот участок относится к заповедной зоне, являющейся местом обитания глухарей, которые были изображены на логотипе чемпионата мира. Птицы гнездятся в этом районе, поэтому экологические организации препятствовали строительству, ссылаясь на природоохранные нормы.
С началом грибного сезона все парковки там переполнены, туристы с собаками проходят по всему лесу, разрушая растительность, и никто не заботится о птицах. Местные жители с иронией наблюдают за этой ситуацией.
– Как на вас вышел Лихтенштейн?
– Это произошло после зимних Олимпийских игр 2022 года в Пекине. Как правило, после олимпийского цикла происходят изменения в составах команд, и начинается поиск новых сотрудников. Я направил свое резюме в несколько стран, и получил ответы. Лихтенштейн показался подходящим местом для старта тренерской карьеры, чтобы не сразу браться за сложные задачи.
Я, конечно, понимаю, что лыжный спорт не является масштабным, и знаю практически всех тренеров. Изначально у меня не было стремления попасть в сильнейшую сборную и погрузиться в этот распорядок. Это все равно несколько иной опыт – значительный объем административных задач. Мне хотелось бы начинать не с такой интенсивности, а постепенно привыкать к новым условиям.
Лихтенштейн оказался для меня отличным выбором, особенно учитывая его близость к моему дому, и это действительно интересная страна. За три года у меня появилась хорошая возможность узнать ее.
Лихтенштейн тесно сотрудничает со Швейцарией, и даже охрана границы осуществляется швейцарскими военными. Граждане Лихтенштейна не проходят военную службу, поскольку вооруженных сил в стране нет. Несмотря на географическую близость и сотрудничество, лихтенштейнцы существенно отличаются от швейцарцев.
– В чем это заметно?
– Отношение к жизни – вопрос индивидуальный, однако лихтенштейнцы производят впечатление людей, ведущих более непринужденный образ жизни. Здесь не принято формально здороваться, чаще используется простое «привет». Это может показаться незначительной деталью, но она говорит о многом.
В Европе в целом не проявляют симпатии к Швейцарии, что объясняется более высоким уровнем жизни в этой стране. В свою очередь, и Швейцария испытывает неприязнь к Лихтенштейну, что продиктовано скрываемой завистью: Швейцария обеспечивает охрану их границы, в то время как они не проходят военную службу и имеют более низкие налоги!
Налогообложение, даже в повседневных ситуациях, вызывает определенные трудности. В Швейцарии действует кантональное деление, где каждый кантон устанавливает собственные налоги. Попытка разобраться в этом может оказаться сложной, однако каждый житель Швейцарии сталкивается с необходимостью это делать. А в Лихтенштейне, как и в России, налог удерживается из заработной платы, что избавляет от необходимости об этом задумываться.
Если вы прибыли на работу в Лихтенштейн из другой европейской страны, вы имеете право на получение вида на жительство и аренду жилья. Однако граждане Швейцарии не обладают такой возможностью, поскольку обе страны связаны между собой.
Известны ситуации, когда люди проработали три десятилетия, но не получили разрешение на получение вида на жительство в Лихтенштейне, поскольку их считали гражданами Швейцарии.
Лихтенштейн – государство с небольшим населением, всего 38 тысяч человек. Приобретение недвижимости там практически нереально, поскольку ее попросту невозможно купить. Однако в этой стране действительно высокое качество жизни, и дороги здесь как на гоночных трассах «Формулы-1».
– Роллерная трасса есть?
– Она движется вдоль реки Рейн, и даже если преодолеть 300 километров, это будет велодорожка. Здесь немного машин, присутствует перевал и хороший рельеф. Единственная роллерная трасса в Швейцарии и Лихтенштейне находится в Ленцерхайде. Остальные участки пролегают по дорогам.
– На каком языке вы говорите в работе?
– Это немецкий язык, или, точнее, один из его диалектов. Я намеренно не занимался его изучением, а приобрел знания в процессе.
В Швейцарии существует множество диалектов, таких как бернский, цюрихский и граубюнденский. Для немцев они совершенно непонятны. Когда я общаюсь со своими друзьями, они не смогут понять, о чём я говорю. Я не могу понять, почему так происходит: для меня это, по сути, один и тот же язык, но другие люди воспринимают это иначе.
На одном из мероприятий в Ливиньо мы с командой оказались в ресторане, где также отдыхала немецкая группа. Я заметил, что мои коллеги довольно резко шутят над ними. Я обратил их внимание на то, что они находятся поблизости, на что получил ответ, что это не имеет значения, поскольку они ничего не понимают.
В общем и целом, эти диалекты схожи с русским и словацким языками: наблюдается некоторое подобие, но для понимания требуется определенное погружение.
– Поначалу не возникало впечатления, что Лихтенштейн как место работы в сфере горнолыжного спорта – слишком скромный вариант?
– Вовсе нет. Напротив, это вызвало интерес. Теперь люди знают о существовании этой страны в мире лыжного спорта, и всего за три года она стала более известной – это несомненный плюс.
– Действительно ли Петтер Нортуг может выступать под знаменами Лихтенштейна?
– Всё решают действия руководства Лихтенштейна. Если они намерены активно развивать это направление и стимулировать интерес к нему, то можно ожидать определённых результатов. Однако, пока что я не получил от них никаких сообщений. В Норвегии существует реальный интерес к этому, и я тоже был бы рад этому.
Есть ли возможность прекратить сотрудничество с Нортугом? Мы много времени провели на тренировках вместе, а также участвовали в совместных сборах – это было увлекательно. Всегда интересно работать с человеком, стремящимся к занятиям. Неприятнее, когда приходится уговаривать. Для тренера предпочтительнее удерживать спортсмена, чем отстранять его насильно.
В национальной команде, откровенно говоря, есть игроки, которых необходимо мотивировать. Им комфортно, все идет своим чередом, и порой тренировки даются нелегко.
– Это менталитет или просто совпадение?
– Важнее менталитет. Подобные ситуации встречаются и в Швейцарии. Интересно проследить, как менялась их игра после ухода Дарио Колоньи, четырехкратного олимпийского чемпиона за период 2010–2018 годов (Спортс’‘).
– Но взяли серебро в эстафете на ЧМ.
– Иногда случается так, что это подарок судьбы. Однако затем – отставание в девять минут от лидера, при том, что дистанция была сокращена вдвое… Эстафета всегда полна неожиданностей: шведы допустили падение, финны – тоже, другие остались позади – все факторы сыграли свою роль. Безусловно, медаль – это ценная награда. Но важно трезво оценивать ситуацию.
Спад – результат сложившегося мировоззрения: создается впечатление, что все устраивает, и нет необходимости прилагать усилия. И никто не стремится к изменениям в существующей структуре. Вокруг все развивается, но специалисты, определяющие подходы, застыли и не готовы к переменам, не желают выходить из зоны комфорта. Они привыкли к стабильности и удобству: рядом работа, рядом дом – все доступно, и они хотят, чтобы так продолжалось. У них есть это, и им трудно продвигаться вперед.
Мой знакомый горнолыжник из Лихтенштейна, Марко Бюхель, который участвовал в шести Олимпиадах, также отмечает: добиться прогресса у молодых спортсменов крайне сложно. Горнолыжник может согласиться с требованиями тренера, заверив его в готовности выполнить указания, однако впоследствии может просто забыть о них или проигнорировать.
Спортсмену, безусловно, нужен результат, однако он стремится к нему, не выходя за пределы привычного, комфортного режима. Но такая ситуация невозможна.
Дарио завершил выступление, и в Швейцарии наблюдается снижение активности в горнолыжном спорте. Однако, учитывая отсутствие российских спортсменов на Кубке мира, все осознают: это шанс для других.
Что с обвинениями в предательстве от Юрия Бородавко?
– Когда истечет срок действия контракта в Лихтенштейне, вы бы хотели перейти в европейскую команду?
– Если меня пригласят на должность тренера на Сахалине, я тоже могу поехать. Как и в любую другую точку России. Почему бы и нет?
я прожил 13 лет в Европе, работая спортсменом и тренером, и накопил значительный опыт. Было бы интересно объединить этот опыт с тем, что имеется в России. В нашей стране много талантливых людей, стремящихся к развитию. На Сахалине я дважды проводил для детей мастер-классы – их энтузиазм вдохновляет, они стремятся к знаниям.
– В российском лыжном спорте Сахалин занимает позицию, аналогичную Лихтенштейна среди всех стран мира. Это крайне скромный уровень, не соответствующий даже юниорской команде России.
– Что из этого следует? У меня нет привязанности к Европе, исключительно к ней. Ранее возникало стремление поработать в Азии. Не скрываю, что велись переговоры с Японией – и была возможность отправиться туда, это показалось интересной перспективой. Однако у меня сложилась определенная семейная обстановка, поэтому я решил не уезжать так далеко на полгода. К тому же, там предлагались такие условия: зиму нужно проводить в Европе, а лето – в Японии, что не соответствовало моим потребностям.
– Интервью вы даете крайне редко, даже тогда, когда это было бы уместно, что создает впечатление о разрыве связи с Россией.
– Не знаю, кто придерживается такого мнения. У меня с друзьями и знакомыми общение складывается хорошо, я прилетаю к ним. Был период, когда из-за ковидных ограничений я не приезжал – рейсов попросту не было. В настоящее время также возникают трудности: добраться быстро не удается – тем не менее я часто летаю и заезжаю в Москву.
Я не теряю связь со своей родиной и не забываю о своих корнях. Мои дети также являются гражданами России, и это им обязательно пригодится.
– Поддерживаете ли вы связь с Александром Легковым?
– Когда все сосредоточены на рабочих обязанностях и существует значительное расстояние, поддерживать регулярное общение становится непросто. Тем не менее, наши отношения основаны на взаимной симпатии, тепле и доброте.
– Обвинения, выдвинутые Юрием Бородавко в предательстве, изменили восприятие ситуации.
– В прошлом году Юрий Викторович принес мне извинения лично. Это произошло на Гонке Легкова, где он сам подошел ко мне. Я хорошо понимаю, что его высказывания были не совсем корректно интерпретированы. Любое утверждение можно представить в разном свете, в зависимости от того, какую цель преследуешь. Из любой ситуации можно сделать скандал.
– Это не возникло спонтанно – наверняка что-то было проговорено.
– Да, это вполне объяснимо. Иногда можно сказать что-то не то. Я не сержусь. Юрий Викторович меня хорошо знает и понимает, что я мог сказать что-то неверное. Поэтому он подошел и принес свои извинения.
– Ваше молчание в тот момент также допускает различные интерпретации.
– Если реагировать на каждое событие и отвечать на все обращения… Тем более в то время у меня были другие важные задачи и заботы. Все мои друзья знают мою точку зрения и мое отношение к этому, многие сразу же написали: не стоит обращать внимание – причем и спортсмены тоже.
Я не испытывал желания кричать или вступать в конфликт. Особенно учитывая, что Юрий Викторович известен своим вспыльчивым характером. Он принес искренние извинения, и я полагаю, что этого вполне достаточно.
Российские соревнования пользуются вниманием зрителей по всему миру – это подтверждение слов Черноусова
– Каково ваше мнение о шести золотых медалях, завоеванных Йоханнесом Клэбо на чемпионате мира?
– По его выступлениям очевидно, что победы без нашей команды ощущаются по-другому. Он демонстрирует отличные результаты, и претензий к нему нет – сомнения вызывает уровень сопротивления. Клэбо признает, что не смог бы добиться стольких побед в нашей компании. Предположительно, три-четыре спортсмена, которые не участвовали в чемпионате мира, вполне могли бы занять первое место. Помимо этого, есть эстафета. Все понимают, что эти три-четыре спортсмена продолжают выступать, они никуда не делись.
Клэбо – обычный человек, и в его ситуации вполне естественно испытывать душевный дискомфорт. Ранее Фелпса не допустили до участия в чемпионате мира в Казани. И все, кто соревновался там, чувствовали, что завоевали не совсем те награды. Похожая ситуация и сейчас.
Я осознаю, что наши соревнования привлекают внимание мировой аудитории, судя по общению и даже по учебному процессу.
Лихтенштейн также является членом биатлонной организации, несмотря на отсутствие собственных биатлонистов. Я регулярно посещаю курсы, проводимые IBU. На одном из них, посвященном технике, мы анализировали видеоматериалы, в частности, рассматривали норвежский метод подъема, где тренер приводил в пример отталкивание ногой, показанное Большуновым. При этом, использовалось видео не с этапов Кубка мира и не старый фрагмент. Меня это немало удивило…
Они наблюдают за нашими соревнованиями, что-то анализируют. Они внимательно отслеживают всё происходящее.
– Так же, как мы следим за ними.
– Конечно. Однако, от некоторых людей исходит неоправданное нагнетание, высказываются сомнения в необходимости проведения Кубков мира… Критиков хватает повсеместно. Но адекватные люди, профессионалы, обращают внимание на это. Наши спортсмены поддерживают контакты с Маркусом Крамером, и он не скрывает этого. И нас там ждут, проявляют уважение к людям и к стране.
Вам знаком австрийский лыжник Кристиан Хоффман? Мы встретились в Рамзау и разговорились. Он предпочитает посещать Кавказ для скитура. По его словам, красота сравнима с переходом от Зальцбурга до Стамбула, а оттуда всего два часа до Минеральных Вод. Я думаю: вот это удачное расположение! Пока я преодолеваю огромные расстояния по всему миру, он уже катается на Эльбрусе.
И он регулярно передвигается таким образом, примерно три раза в год. При этом всё в порядке, никаких проблем и отмен не происходит.
Фото: из личного архива Ильи Черноусова и Селины Гаспарин; Gettyimages.ru/Christof Koepsel/Bongarts, Ryan Pierse; IMAGO/Gabor Baumgarten, Jon Olav Nesvold/ZUMAPRESS.com/ Global Look Press; unsplash.com/Leonhard Niederwimmer, Yura Lytkin; РИА Новости/Александр Вильф
