Обладатель бронзовой медали Олимпиады в Сочи, опытный спортсмен Евгений Гараничев, дал интервью Тимофею Лапшину для телеканала LAPSHINLIVE.
В представленной беседе основное внимание уделено тренировкам во время самоизоляции, путешествию на автомобиле через Семинский перевал, смене лыжной марки и, безусловно, семье – пожалуй, это самая эмоциональная часть.
Подробный рассказ об индивидуальной гонке в Сочи доступен в видеосюжете.
***
• К счастью, пандемия COVID-19 не повлияла на нашу семью, мы оставались здоровы и не испытывали никаких симптомов. Мы находились дома, избегая поездок, даже в городской центр.
По возвращении с последнего этапа Кубка мира я был помещен на двухнедельную самоизоляцию, в течение которой дважды брали мазки для анализа – на третий и десятый дни. К 14-му дню я получил звонок с поздравлением и информацией об отрицательных результатах тестов.
Приблизительно на двадцатый день я начал тренировочный процесс: осуществлял пробежки по открытым полям, где было меньше людей, избегая выездов. Дома выполнял силовые и стабилизационные упражнения, поддерживая физическую форму с целью предотвращения перегрузок и начала плановой подготовки в апреле. С мая появилась возможность кататься на роллерах, был организован выезд в Екатеринбург и проведен сбор.
Когда команда России отправилась на первый сбор в Рыбинск в июле, я начал тренироваться вместе с командой из Тюмени – нам была предоставлена возможность группового заезда на «Жемчужину Сибири». Прохождение было организовано в масках с измерением температуры тела, после чего состоялись тренировки также группой. Это, безусловно, предпочтительнее, чем ежедневные индивидуальные пробежки.
• С увеличением возраста детей становится сложнее расставаться.
По мере того, как ты приезжаешь, ты узнаешь новые детали об их жизни. Раньше, когда я уезжал, старший сын Евгений мог общаться лишь отдельными словами: «папа», «мама», «пить». Однако, при следующей встрече он уже способен связать три-четыре слова в речь. Младшему Андрею всего два года, но и он уже говорит – по его словам можно понять, что он хочет и что от тебя ожидает.
Старший ребенок осознает суть моей деятельности и понимает, какие усилия требуются для достижения успеха. Ранее у него не было представления о том, что означает мое отсутствие: «папа уехал и уехал». А теперь ему сообщают – я поехал на тренировку, зарабатывать деньги. Он задает вопрос: зачем нам нужны деньги? И начинаются эти вопросы, ему объясняют: необходимо питаться, одеваться, обеспечивать быт.
Они оба следили за трансляцией. Сначала они не могли узнать меня по лицу: «О, папа начал!» Тогда жена поправила их: «Это еще не ваш отец.
Я привез старшему лыжный комплект, однако это не вызвало у него интереса. А теперь он уехал на сбор, и супруга сообщила мне, что Женя попросил: мама, включи мне видео, где папа выступал на Олимпиаде. Я подумал: оказывается, ребенку стало интересно, появился интерес.
• Когда я готовился к рождению первого ребенка, мы работали в Австрии вместе с Рикко Гроссом. Я знал, что мою жену увезли в роддом, разница во времени составляла четыре часа. У нас начиналась вторая тренировка, и я томился в ожидании – телефон молчал. Затем она позвонила и сообщила о родах – я выбежал на балкон и громко закричал. Парни уже садились в автомобиль, а Леха Слепов снимал происходящее. Я немного опоздал на тренировку, всего на пять минут, но Рикко все понял.
Молодому отцу-спортсмену стоит уделять больше внимания общению, находить время для разговоров. Не менее важно поддерживать связь с супругой, ведь семейная поддержка – это ключевой фактор.
• При начале тренировочного сбора в Рыбинске я выразил нежелание выезжать, посещать общественные места и находиться в аэропорту. Если бы у меня не было семьи, я бы, вероятно, поехал, однако меня беспокоят не только мои собственные риски. Существует вероятность подхватить инфекцию и не проявлять никаких симптомов…
Я обсудил ситуацию с Каминским, и он был проинформирован о том, что у нас есть все необходимое для выезда в Заводоуковск (Тюменская область), где расположен полноценный тренировочный комплекс. Именно там команда провела 1,5 месяца тренировок, когда базировалась в Рыбинске. Я выполнял всю программу, разработанную Юрием Михайловичем, за исключением силовой подготовки, которую проводил по собственной методике.
Я добрался до Семинского перевала на личном автомобиле, а не с группой – необходимо было провести тренировку на большой высоте. Решил осмотреться: российские горы поистине великолепны, мне доставляют удовольствие горные сборы и исследование новых мест. Общий пробег составил 1800–1900 километров в обе стороны, но я не испытываю сожалений. В пути было двое – еще один спортсмен из Тюменской области.
Произвел впечатление, что дороги на Алтае оказались лучше, чем на пути из Тюмени в Москву. Однако состояние дорог в Пермском крае, в направлении Ижевска, вызывает тревогу – там настоящая катастрофа. По всей видимости, на Урале почва оказывает значительное влияние: на федеральной трассе наблюдается интенсивное движение грузовиков, при этом в каждом направлении всего по две полосы, и дороги находятся в плачевном состоянии, напоминающем последствия взрыва.
• Это мой первый визит на Семинский перевал. Высота ощущается, как и говорят: Семинский перевал даётся непросто. Необычный уровень над уровнем моря проявляется в различных аспектах: в первые дни сон был крепким, но затем повышается давление – и сон становится менее глубоким. Утром на тренировке может быть отличное самочувствие и стабильный пульс, а днем уже наблюдаются перепады.
Всё претерпевает изменения. Кажется, начался процесс адаптации, и ты начинаешь приспосабливаться к новым условиям, однако это иллюзия: на следующее утро обнаруживаешь, что пульс остаётся повышенным.
Вспомнив об условиях, я представил себе лагерь из детства: домики, привычное проживание, лагерная обстановка – всё это возвращает в детские годы. Но ключевым элементом в нашей работе является стрельбище, которое находится на Семинском перевале. Например, Лариса Куклина посещала Приэльбрусье со своим мужем и проводила высотный сбор, однако там отсутствует стрельбище.
Сочи – прекрасное место для жизни. Однако, нижняя часть, где располагались равнинные трассы, была передана под анимационные нужды: территория покрыта газоном, роллерная дорожка закрыта. Это не является государственной землей, а находится в частной собственности; ранее там можно было кататься как на классических лыжах, так и на коньках, а теперь для тренировок в Сочи используются только самые крутые подъемы.
• В этом сезоне я решил перейти на лыжи другого бренда – теперь мои лыжи Madshus, а ранее были Fischer. В декабре 2013 года я уже менял лыжи, переходя с Fischer на Madshus.
В последнее время мне не попадалось качественного снаряжения: выдавали новые лыжи, однако они не соответствовали предыдущим по своим характеристикам. Оказывается, я использовал более ранние модели, а все равно проводились улучшения, добавлялись новые свойства в пластик. Не получалось найти подходящую пару лыж к конкретной гонке. Скорее всего, это объясняется широкой распространенностью – около 80% спортсменов используют продукцию Fischer.
Поиск подходящих комплектов оборудования пока не завершен. Изначально предполагалось тестирование пятнадцати пар в Холменколлене. Затем количество увеличили до пятидесяти пар, предназначенных уже не только для меня, и планировалось провести испытания на чемпионате России. Однако из-за пандемии эти планы не осуществились.
Решение отказаться от использования фтора в лыжном оборудовании представляется обоснованным с точки зрения заботы об окружающей среде и качестве воздуха. Тем не менее, переход к новым условиям оказался слишком стремительным; необходимо было осуществлять его более постепенно. Возникло множество вопросов относительно возможности очистки чехлов и самих лыж. Были предоставлены инструкции о необходимости многократной обработки старых лыж специальным раствором, смывкой и последующей обработкой парафинами без содержания фтора. Удаление фторсодержащих веществ с лыж – задача относительно несложная; гораздо более сложной является очистка транспортных средств и оборудования всех команд.
• Вспоминая прошедший сезон… Я нахожусь в команде уже девять лет и сменил немало тренеров: Лопухов, Падин, Хованцев, сейчас это Каминский. Однако, фундамент в лыжных гонках был заложен при работе с Олегом Перевозчиковым, что сыграло значимую роль в период юниорского возраста.
По прибытии Хованцева наблюдалось снижение объемов и нагрузки. Ситуация оставалась под контролем, проводился анализ биохимических показателей, включая лактат. Однако, вероятно, уменьшение скорости было связано с отсутствием объемных, продолжительных тренировок. Также имело значение инвентарь. Действительно, поступали жалобы – проблемы с движением были не только у меня, но и у Александра Логинова, других спортсменов. Возможно, причиной стало недостаточное количество смазки, являющейся важным компонентом.
Возникли трудности – полагаю, совокупность факторов привела…
У меня есть внутренний стимул для продолжения. Если текущий сезон окажется столь же невыгодным, потребуется обдумать дальнейшие шаги. Устойчивый стержень присутствует, и без него я бы не был вовлечен в какие-либо занятия на самоизоляции. Желание состязаться сохраняется.
Семья – это основа, обеспечивающая необходимую поддержку. Супруга не высказывает требования прекратить деятельность или отсутствовать дома, напротив, оказывает значительную поддержку.