Елена Вяльбе рассказала о том, как пандемия COVID-19 показала уязвимые стороны России.

Для проекта эксклюзивное интервью дала президент Федерации лыжных гонок России и главный тренер российской сборной Елена Вяльбе “На лыжи!” подвела итоги прошедших в Тюмени всероссийских соревнований, рассказала о причинах отсутствия группы Юрия Бородавко и поделилась своим мнением насчёт подготовки в России, запрете на фтор и предстоящем сезоне. – Можно ли считать прошедшие соревнования в Тюмени важной вехой летнего тренировочного процесса?
– Полагаю, я говорю об этом ежегодно. Эти соревнования предназначены для тренеров, которым необходимо оценить проделанную работу, выявить возможные недочеты и определить приоритетные направления. Мы не проводим отбор участников по итогам этих соревнований: никого не исключают из команды, никого не добавляют. Не следует полагать, что успешное выступление спортсмена на летних стартах автоматически гарантирует его участие в Кубке мира.
Начало рабочей недели ничем не примечательно. Летом соревнования также необходимы, и в нынешних условиях, связанных с пандемией, особенно важно было их провести. – Почему подразделение под руководством Юрия Викторовича Бородавко не было сформировано в Тюмени?
– Изначально Юрий Викторович ходатайствовал о переносе соревнований на неделю позже, однако это привело бы к пересечению с летним чемпионатом России по биатлону. Помимо этого, предложенные даты оказались удобнее для тренеров других групп. Из-за ситуации с коронавирусом и ограничений на выезд на сборы планы подготовки регулярно корректировались.
В период проведения всероссийских соревнований команда «Бородавко» проводила тренировочные занятия в Малиновке. Я рекомендовала им воздержаться от прилета в Тюмень, чтобы избежать потенциальных проблем, связанных с перелётами и длительными поездками на поезде, поскольку у них были собственные контрольные старты в те же дни. Конечно, интереснее, когда вся команда тренируется вместе, учитывая разные планы подготовки, однако в данной ситуации никаких негативных последствий не возникло. – Я упоминал, что летние старты предназначены для наставников. Как главный тренер сборной, могу ли я сделать какие-либо обобщения?
– Сразу стало заметно, что наибольшая нагрузка пришлась на команду Олега Перевозчикова. По их действиям было очевидно, что все участники работали в интенсивном режиме. Приятно отметить возвращение в лыжные гонки спортсменок после декретного отпуска – как Татьяну Сорину, так и Юлию Ступак. Естественно, я делаю определённые заключения, ведь именно для этого я и приехал сюда. Одно дело наблюдать по телевидению или через интернет, а совершенно другое – видеть происходящее лично и общаться непосредственно с участниками. Подчеркну ещё раз: изменений в составе сборной России не планируется. Конкретные выводы должны делать тренеры – каковы были их ожидания от этих стартов и что они получили в итоге. – Могли ли вы предположить, что молодые матери в Тюмени выглядят настолько хорошо?
– На данный момент безоговорочным лидером женской команды является Наталья Непряева. Поскольку Тюмень она не посещала, я предполагала, что Юля Ступак и Татьяна Сорина покажут себя с лучшей стороны. Татьяна также заметно похудела. Вероятно, это связано с тем, что она продолжает кормить ребёнка грудью, но если ей удастся сохранить текущую форму, то она сможет значительно улучшить свои показатели к зиме. Откровенно говоря, я была очень рада видеть, как Татьяна проявила себя не только в спринте, но и на длинных дистанциях. Это доказывает, что нет необходимости опасаться декретного отпуска – это не является завершением спортивной карьеры, а лишь очередным этапом жизни, который может принести новые силы и совершенно другие результаты. – На основе личного опыта могу ли я утверждать, что спортсменки после родов, как правило, становятся сильнее прежних?
– Нельзя делать подобные заявления, поскольку каждый случай уникален. У одних женщин вес сбрасывается крайне сложно, в то время как другие сохраняют прежнюю физическую форму. Это обусловлено тем, как проходили тренировки во время беременности и насколько оперативно было возвращение к полноценным занятиям спортом. Я не имею в виду необходимость сразу же начинать интенсивные нагрузки, однако если поддерживать себя в хорошей форме на протяжении всего периода, то значительных потерь не произойдет. Судя по всему, многие спортсменки намеренно берут декретный отпуск с целью улучшить свои результаты после возвращения к занятиям. Этот факт подтвержден научными исследованиями, и я изучила большое количество литературы по этой теме, включая методы, которые использовали опытные легкоатлетки и пловчихи. Никто не заявлял, что они сразу же начнут выигрывать все соревнования, но также никто не утверждал о негативном влиянии на здоровье спортсменки.
Мой предыдущий опыт вряд ли будет иметь значение, так как я ушла в декретный отпуск в 19 лет и тогда не была сильна в спорте. После возвращения прошло около года, прежде чем я начала добиваться успехов и завоевывать призовые места. – Какое влияние оказала пандемия коронавируса на вашу деятельность? Повысилась ли нагрузка или же появилось больше возможностей для отдыха?
– Считаю, пандемия оказала влияние на всех. Это отразилось как на спорте в целом, так и на нашей команде. Не стоит поддаваться панике и отчаиваться из-за невозможности выехать в горы и кататься на лыжах летом. Необходимо принимать жизнь такой, какая она есть сейчас. В текущем сезоне мы готовимся прежде всего к чемпионату мира в Германии и Кубку мира. Надеемся, что все этапы состоятся в запланированном формате.
Я всегда стремлюсь к более частому общению со спортсменами и хотел бы видеть их чаще. Летом возможности для этого практически не было. Майские сборы пришлось проводить тайно, без публичного объявления о местонахождении спортсменов. Пришлось изменить подход к планированию и ориентироваться на текущие задачи, а не составлять планы на пять месяцев вперёд. В то же время зимой мы не можем оправдывать недостаточную подготовку к сезону пандемией. Уверен, что те, кто действительно нацелен на результат, использовали все возможности для тренировок и поддерживали прежний объём нагрузки. – Можно ли утверждать, что проведение всех мероприятий возможно на территории Российской Федерации?
– Учитывая то, что в последние годы мы активно использовали горные участки и стремились к катанию на лыжах, зимой необходимо будет оценивать результаты выступлений. Очевидно, России не хватает высокогорья. Там, где есть подходящая высота, отсутствует инфраструктура как для лыжников, так и для биатлонистов. Да, существует Семинский перевал, но условия там весьма простые, а главное – качество лыжероллерной трассы оставляет желать лучшего. Мы посетили Кабардино-Балкарию: прекрасные горы, однако катание по дороге с интенсивным движением транспорта представляет опасность. Для тренировок на лыжероллерах необходима соответствующая инфраструктура. В остальном Приэльбрусье нас устраивало. Я знаю, что некоторые спортсмены выражали недовольство организацией проживания. Бронирование было оформлено в последний момент, когда все места были заняты не только спортсменами, но и обычными туристами.
Пандемии служат индикатором наших наиболее уязвимых сторон, и это признают не только мы сами. Уже около десяти лет обсуждается создание горнолыжной базы для биатлона в Кисловодске, на высоте 1600 метров. Надеемся увидеть реализацию этого проекта при жизни. Обсуждение этой инициативы началось во время работы Виталия Леонтьевича Мутко, который оказывал ей поддержку и активно продвигал её. После смены правительства Павел Анатольевич Колобков также включился в работу над проектом. В настоящее время новый министр также проявил заинтересованность в его реализации. Однако настал момент прекратить обсуждения и перейти к строительству, чтобы обеспечить российским спортсменам необходимые условия для тренировочных сборов.
В отношении подготовки к лыжному сезону возникли сложности: тоннель в Токсово был разморожен, и доступ туда закрыт. Однако целесообразно ли посещение этого места во время пандемии? Спортсмены нередко заболевали ОРЗ после таких тренировок, особенно после катания по питерскому тоннелю. Рекомендуется дождаться наступления зимнего периода и оценить результаты тренировочного процесса. Только тогда можно будет делать окончательные выводы. В настоящее время мы надеемся на реализацию ближайших планов, включая выезд за пределы России и начало лыжного сезона в октябре. До главного старта в феврале еще есть время для подготовки. – Речь идёт о сборе в Рамзау?
– Да, действительно. Наши горнолыжники 8 сентября смогли воспользоваться такой возможностью, и мы придерживаемся аналогичной стратегии. Однако у нас нет ресурсов для организации чартерного рейса, как это было сделано для горнолыжников. Мы планируем использовать регулярные авиарейсы, в том числе с пересадками через другие государства. Сейчас ведутся соответствующие работы. Первоочередная задача – оформление необходимых виз. Это достаточно сложный процесс. – Готовы ли австрийцы принять российскую команду?
– Если говорить об отеле – то да. В Рамзау царит прекрасная атмосфера, и ограничений, связанных с пандемией, нет. Я беседовала с президентом Федерации горнолыжного спорта России Леонидом Мельниковым, который отметил, что при въезде им не потребовались никакие справки, только обычные документы – паспорт и визу. Возможно, начиная с 1 октября ситуация с возможностью посещения Европы для россиян станет более благоприятной. – Однако, ситуация может измениться в противоположную сторону. Вы к этому готовы?
– Безусловно. В настоящее время у нас всегда предусмотрен альтернативный вариант проведения тренировочных сборов на территории России. Участники могут выбирать между Сочи, Тюменью и Алданом. Различные группы работают по индивидуальным планам и в разных локациях. Однако, если удастся организовать сбор в Рамзау, все желающие смогут присоединиться к нему с интервалом в три-четыре дня. – В Австрии планируется получить инвентарь?
– Даже если спортсменам будет невозможно выехать, наши сервисные техники, проживающие в Эстонии, отправятся в Рамзау. Именно они получат лыжи. В любом случае, для отбора подходящих пар, сервис всегда направляется на фабрику за получением лыж. – Существует ли шанс, что FIS пересмотрит свое решение об ограничении использования фтора?
– На этот счёт было много полемики. У меня возникает множество вопросов относительно этой темы. Фтор присутствует во многих предметах, с которыми мы регулярно взаимодействуем. Как определяющий прибор сможет установить, к какому именно типу относится фтор? Например, он есть в зубной пасте. Прибор должен обладать высокой точностью, чтобы исключить любые неточности. Мне сложно понять механизм действия. Процесс кажется слишком быстрым.
Примерно два года назад впервые появились сообщения о негативном воздействии фтора на окружающую среду, связанного с его попаданием из снега. Однако я не встречала научных публикаций, подтверждающих, что фтор, проникающий в почву через снег, приводит к ее деградации. Где можно найти такие исследования? Однозначно, это представляет опасность для специалистов, работающих непосредственно с фторсодержащими веществами при подготовке лыж, но они используют защитные маски и осведомлены о потенциальных рисках. – Кто разрабатывает прибор?
– Мне неизвестно, с какой организацией FIS сотрудничал в рамках разработки. Известно лишь, что подобного устройства на данный момент не имеется ни у России, ни у Норвегии, ни у Германии, и более того, ни у других стран. – Видел ли хоть кто-нибудь этот прибор лично?
– Именно в момент, когда планировалось личное знакомство с оборудованием, включая его физический осмотр, началась пандемия. В результате все мероприятия проходили исключительно онлайн, что ограничивало возможности детального изучения. Представители FIS сообщили о стоимости устройства приблизительно в 15 000 евро. Нам необходимо внедрять подобные приборы и на национальном уровне, чтобы исключить наличие фтора в материалах, используемых сервисерами и тренерами, готовящими лыжи. Если сейчас мы говорим об участии в международных соревнованиях, то завтра это требование должно распространиться и на российские турниры.
Нам предоставили инструкцию по утилизации лыж, обработанных фтором. Поскольку в лыжах содержится значительное количество этого вещества, а некоторые спортсмены могут использовать одну и ту же пару лыж на протяжении двух или даже трех сезонов, их полная перешлифовка займет непомерно много времени – у спортсменов может быть от 40 до 60 пар. Необходимо заменить все инструменты для подготовки лыж, так как я не вижу возможности дальнейшего использования щетки, предназначенной для удаления парафина с фтором. Непонятно, что с ней можно сделать: поместить в стиральную машину или микроволновую печь? Даже в нашей сервисной фуре частицы фтора распространяются повсеместно. Как их удалить? Существует ли риск случайного попадания фтора на лыжи? Что касается самих лыж, то полная замена обуви потребует значительных финансовых вложений, ведь фтор присутствует и в пластике.
Мне кажется маловероятным, что нас быстро убедят отказаться от фторирования. Я уверена, что за этим стоит коммерческий интерес, какая-то нечистая игра. – Что касается чемпионата мира, какие у вас ожидания – будет ли это привычный сценарий или мы увидим что-то похожее на Национальную хоккейную лигу и Национальную баскетбольную ассоциацию?
– На данный момент новая информация отсутствует. У нас имеется предварительный календарь Кубка мира, который должен быть одобрен Советом FIS 3 октября. Точные сроки проведения пока неизвестны. Мы готовимся к Кубку мира и не будем спекулировать. Зачем тратить время на размышления? Начало турнира запланировано на 24 ноября или 3 декабря – это не имеет принципиального значения. Будем действовать исходя из сложившейся ситуации. Я не исключаю возможности того, что Совет утвердит календарь 3 октября, а уже 10 ноября произойдут существенные изменения. На текущий момент точно известно об отсутствии этапов в США и Канаде. Если найдется три страны, готовые принять соревнования Кубка мира, даже без зрителей, мы будем рады этому. При необходимости нам придется находиться на месте не одну неделю, а пять – мы готовы к такому сценарию. В любом случае, здоровье спортсменов является главным приоритетом для всех участников. Соревнования можно провести и позднее, но здоровье невозможно заменить никакими деньгами.