Журналист РИА Новости Спорт посетил Кубок России в Чусовом и взял интервью у трехкратного олимпийского чемпиона Александра Большунова. В разговоре обсуждались вопросы, связанные со скандалом вокруг трансляций лыжных гонок, взаимодействии с норвежскими спортсменами, политической ангажированности президента МОК Баха, вероятности пропустить Олимпийские игры 2026 года и семейной жизни.
— Необычным кажется многим, что в сложившихся обстоятельствах я даю интервью норвежским средствам массовой информации. Возникает вопрос, как они получают ко мне доступ?
— Это норвежские журналисты, которых можно считать друзьями. Мы регулярно поддерживали с ними контакт на соревнованиях Кубка мира, они приезжали ко мне в деревню, чтобы снять репортаж о моей семье, местах, где я тренировался, и процессе подготовки. У меня есть их контактные данные, мы можем переписываться. Последний раз это произошло в Вершине Тёи, запрос был передан через Елену Валерьевну (Вяльбе). Ранее NRK обращался с просьбой о интервью, а совсем недавно шведы также выразили заинтересованность в общении.
— Вызывает удивление, что российским журналистам отказывают в аккредитации на Кубок мира, в то время как нашим спортсменам без проблем удается взаимодействовать с зарубежными СМИ.
— В любых, даже самых непростых обстоятельствах, мы придерживаемся принципов гуманности.
— Это значит, что не существует ситуации, когда бы нас отстранили и мы отказались от общения с другими»?
— Мы всегда готовы к диалогу и открыты для общения. Иногда приходится отклонять запросы, однако мы стремимся поддерживать контакт.
— Дмитрий Губерниев нередко заявляет, что российские лыжники не высказываются. Оказывается, это не соответствует действительности?
— Все высказываются. Я не могу утверждать, что он прямо обвиняет кого-либо в этом, однако он справедливо отмечает, что лыжные гонки – востребованный вид спорта, который должен транслироваться на общедоступных телеканалах. Это необходимо для обеспечения доступности и привлечения зрителей, поскольку количество поклонников значительно возросло. Во многом это произошло благодаря нам: на Олимпийских играх мы демонстрировали успешные выступления, и люди стали заниматься лыжами. Многие пользователи выражают недовольство отсутствием трансляций, но при этом хотят их смотреть. Даже текущие интернет-трансляции, показывающие только старт и финиш, пользуются популярностью. Большое количество людей их просматривает.
— Как вы считаете, что послужило причиной отсутствия прямых эфиров?
— Я не обладаю информацией о том, как устроены телевизионные трансляции, кто владеет правами и кто за них отвечает. Однако, организовать их не так уж и сложно. Трансляцию можно осуществить даже с использованием пяти смартфонов, объединив их в единую систему. Это вполне возможно, если есть желание, заинтересованные стороны и, возможно, спонсор, который возьмет на себя организацию и продвижение.
— Продолжая обсуждение повышенного интереса к лыжным гонкам: предполагали ли вы, что в Чусовом будет такая шумиха?
— Это действительно здорово. Такое большое количество болельщиков не наблюдалось давно, особенно если учитывать ограничения, связанные с пандемией. Можно утверждать, что люди привыкли к соревнованиям без зрителей, поскольку в последние годы вход для болельщиков был запрещен. Здесь важную роль играет и доступность: трасса расположена в городе, что позволяет приехать гостям и из других регионов, например, из Перми. В Красногорске, вероятно, тоже будет много людей. Главное условие – чтобы всем был обеспечен доступ и возможность посещения всей трассы, как это было в Чусове на спринте. Живой коридор на финишной прямой, крики справа и слева – все это добавляет эмоций. Понимаешь, что необходимо выложиться на максимум и показать лучшее время, ведь тебя поддерживают и подбадривают. Это способствует улучшению результатов и повышению уровня конкуренции.
— Можно ли создать атмосферу, напоминающую Кубок мира?
— Да. Я хотел бы выразить благодарность болельщикам за то, что они приезжают. После гонки и перед стартом мы находим время для них, фотографируемся и раздаем автографы. Надеюсь, мы никого не обидели!
— Не устаете от этого?
— Нет! Именно это необходимо делать. Люди приезжают из разных уголков страны, и отказать им… Понятно, что перед началом соревнований существует график, всё расписано поминутно, поэтому не всегда удаётся предоставить такую услугу. После гонки, когда спортсмен полностью переоделся, проблем не возникает. Не все осознают, что после финиша гонщик прибывает совершенно мокрый, и если находиться в этой одежде всего пять минут, то можно серьёзно замерзнуть. Это может привести к простуде. Болельщикам стоит проявлять понимание. Сначала нужно переодеться.
— Судя по высказываниям Сергея Устюгова и вашим, решили создать шоу, приближенное к Кубку мира? Нет Клэбо, но есть Устюгов!
— Нет (смеется). Здесь не планировалось никакого шоу. Я пошутил, и мы с вами посмеялись. Ребята поддержали меня и посоветовали дать такой ответ (смеется). Всё в порядке. Если кто-то полагает, что мы испытываем обиду друг на друга, это не так. Мы сказали, что имели в виду, и это не выходит за рамки обычного разговора. Поэтому, когда вас спрашивают: «Ну что, мешки ожили?», стоит отвечать именно так, не стоит придумывать ничего лишнего. Никаких особенных событий не происходило.
— В настоящее время эта тема широко освещается в средствах массовой информации.
— Так всегда происходило, подобные ситуации возникали постоянно. Это не является конфликтом, это всего лишь шутки. Серега пошутил вчера, мы сегодня. Это делает процесс более увлекательным, стимулируя желание доказать своё превосходство на трассе.
— Савелий Коростелев выразил сожаление по поводу пропуска первого этапа Кубка России, отметив, что соревнования начались сразу с активной фазы. Что вы можете о нем рассказать?
— Коростелев? Он демонстрирует неплохие результаты, иногда даже превосходит нас. Это подталкивает меня к дальнейшим тренировкам. Даже без Кубка мира у нас есть достойные соперники. Мы способны конкурировать и улучшать свои результаты, постоянно двигаясь вперед. Я считаю, что мы не проигрываем, а в некоторых гонках успешно выступаем на уровне Кубка мира. Очень хорошо, что мы не стоим на месте, а продолжаем прогрессировать.
— Обсуждения о возможном отсутствии российских лыжников на следующей Олимпиаде не прекращаются. Как такое можно воспринять?
— Откровенно говоря, я не хочу даже думать об этом и рассуждать на эту тему. Надеюсь, что все же на Олимпиаду нам удастся поехать… Здесь не так много лет и не так много времени, чтобы долго искать выход из ситуации. Годы проходят, и не хотелось бы, чтобы следующие Олимпийские игры состоялись без нашего участия. Заявления Томаса Баха порой противоречивы: сначала он говорит одно, а затем меняет свою позицию. Порой сложно понять, когда он говорит правду. Сначала он утверждал, что «спорт должен быть отделён от политики, и в соревнованиях должны участвовать даже те страны, которые находятся в состоянии конфликта». Что спорт – это мир. И основатель олимпийского движения Пьер де Кубертен отмечал, что спорт должен объединять, должен сближать людей разных национальностей. Чтобы все объединялись даже в непростые времена.
— Возникает ощущение, что политические деятели оказывают определяющее влияние на современный мировой спорт?
— Вероятность этого очень высока, никаких других соображений нет. В настоящее время у нас организована система соревнований, которая аналогична проведению этапов Кубка мира. Установлены призовые места, и я полагаю, что они весьма достойны. Это действительно хорошие призовые, за которые стоит бороться. По крайней мере, это является стимулом для спортсменов, поскольку на этапах Кубка России можно получать денежные вознаграждения. Мы соревнуемся практически каждые выходные, существует здоровая конкуренция. Регионы стремятся организовать и провести соревнования на высоком уровне. И в данной ситуации мы практически ничего не упускаем. Понятно, что для меня важно демонстрировать наилучшие результаты и готовиться к соперничеству со всеми атлетами мира. Но сейчас необходимо время, чтобы всё восстановилось.
— За Кубком мира следите?
— Я слежу за событиями, но иногда они перестают вызывать интерес. Когда я смотрю, становится понятно, что, скажем, масс-старт на 20 км классикой проходит, и медали, кажется, просто раздаются. Можно здраво рассуждать и осознавать, что сможешь побороться за первое место с тем же Полом Голбергом, который сейчас лидирует в общем зачете. И ты понимаешь, что можешь успешно выступать как в спринте, так и в гонках, и побеждать, как это делал раньше. Сейчас Кубок мира вызывает у меня некоторую иронию. Создается впечатление, что медали присуждаются без реальной борьбы. Да, сейчас некоторые страны начинают показывать лучшие результаты. Но порой даже сложно понять: либо норвежцев критикуют за их слишком высокой скорости. «Ребята, притормозите, чтобы другие страны были в числе лидеров и занимали вторые и третьи места». Чтобы хоть как-то было интересно наблюдать, потому что, когда все призовые места занимают норвежцы, просмотр становится не увлекательным. Мы понимаем, что есть Норвегия и есть Россия. И эти две сборные всегда были основными конкурентами. Да, есть отдельные страны и спортсмены, но основная борьба велась между Норвегией и Россией. А сейчас на Кубке мира фактически проходит Кубок Норвегии, а в России – Кубок России. И наши первые и вторые места сопоставимы с результатами Кубка мира.
— Существует ли вероятность того, что в настоящее время всемирные лыжные соревнования столкнутся со значительным снижением интереса со стороны спонсоров?
— Потерпят поражение. Уже в этом году начнутся потери. Спорт предполагает конкуренцию. Чтобы одни побеждали, другим необходимо проигрывать. Если Норвегия будет неизменно занимать все три призовых места, интерес к соревнованиям начнёт угасать. И количество зрителей уменьшится.
— Теперь вы также выполняете функцию отца).
— Да!
— Возможно, пребывание в России имеет свои преимущества?
— Да, это можно считать преимуществом. Теперь я могу между соревнованиями навещать родных, проводить время с ребенком и участвовать в его воспитании. Они приезжали ко мне в Ханты-Мансийск, и на следующих соревнованиях появится возможность увидеться. Считаю, что ребенок должен расти в семье, в окружении мамы и папы. Я осознаю свою ответственность за воспитание и заботу о ребенке. Мы постоянно созваниваемся по видеосвязи. Не хотелось бы приехать, а ребенок уже ходит. Приезжаю в конце сезона, а там: “Папа, привет!”, уже говорит! (смеется) Я хочу лично наблюдать и переживать все этапы его роста. Чтобы мы вместе видели первые шаги. И сейчас такая возможность есть.
— Появляется ли у вас ощущение, что вы повзрослели вместе с рождением дочери?
— Безусловно, ты растешь! Теперь на тебе лежит ответственность, и ты должен обучить своего ребенка всему: от умения говорить до катания на лыжах (смеется), а также научить готовить!
— То есть, уже в мечтах лыжная карьера?
— Не в том дело, чтобы ускорить его занятия лыжами. Речь о том, чтобы начать кататься на лыжах! (смеется) Нет, ребенок сам определит свой путь. Это и спорт, и обучение, решение будет принимать он сам. Ему предстоит решить, станет ли он подражать нам, родителям, спортсменам, выступающим и соревнующимся, или же предпочтет выбрать иной путь.
— Аня не скучает по соревнованиям?
— Она утверждает, что мечтает о катании на лыжах. Однако сейчас это реализовать непросто. Ребенку требуется много внимания. И для нее сейчас наиболее сложным является недостаток сна. Постоянное пребывание рядом с ребенком ночью делает этот период самым трудным. Бессонница, безусловно. Но в скором времени ситуация улучшится, ведь Ева перестанет есть ночью, а будет питаться только вечером и утром (смеется). Посмотрим, что будет дальше!
