По словам Евгения Куваева, работа должна быть связана с высшим уровнем

После завершения предыдущего сезона руководство СБР определилось с решением о формировании двух самостоятельных тренировочных групп в составе российской сборной по биатлону.

В женской национальной команде за одну из групп отвечает Михаил Шашилов, а другую возглавляет Евгений Куваев.

Первая группа включает Татьяну Акимову, Евгению Буртасову (Павлову), Наталью Гербулову, Ксению Довгаю, Анастасию Егорову, Екатерину Носкову, Полину Плюснину и Ксению Шнейдер. 16 мая данные спортсменки приступят к подготовке к новому сезону тренировочным сбором на Семинском перевале. Перед стартом Евгения Куваева дал интервью о своём опыте в биатлоне и принципах тренерской работы.

– Как вы оказались в биатлоне?

– Мою любовь к биатлону пробудили Константин Юрьевич Комаров и Сергей Владимирович Жеребцов, как я считаю. Они продолжают работать в (прим. – московской) «СШОР 102», где когда-то началась моя спортивная деятельность. В то время там существовали секции биатлона, беговых лыж и гандбола. Сейчас иногда навещаю своих первых тренеров.

Начал заниматься спортом после восьмого класса, до этого пробовал себя в различных дисциплинах. Мне было интересно кататься на лыжах и стрелять – стрельба у меня получалась лучше. Однако тренировки были недолгими. Успел выполнить разряд кандидата в мастера спорта, а затем возник вопрос: продолжать учебу или пытаться добиться большего, хотя, вероятно, я не обладал достаточным потенциалом.

– И выбор был сделан в пользу учёбы?

– Действительно, моя спортивная деятельность прервалась довольно быстро – я был ещё совсем юным. Фактически, тренировки прекратились уже на первом курсе высшего учебного заведения; основное внимание было уделено образованию. А затем последовала служба в армии.

– Как оказались в десанте?

– Я с самого начала второго курса РГУФК твердо решил отправиться на военную службу. Изначально в моей справке о годности была указана возможность призыва пограничными войсками, однако я выразил желание служить в морской пехоте или десантных подразделениях – если уж и служить, то там, где элита. В итоге меня направили в 98-ю гвардейскую дивизию, расположенную в Иваново. Служил в 217-м парашютно-десантном полку, в разведывательной роте – это боевое формирование.

– Помимо биатлона вы как-нибудь занимались боевыми искусствами?

– Я посещал занятия по боксу для себя, но это не было столь значимо, как моя работа с биатлоном. Просто освоил несколько приёмов.

– Биатлонная подготовка в десанте помогла?

– Конечно! Физические нагрузки в десантной службе и профессиональном спорте вполне сопоставимы. Марш-броски с полной экипировкой не представляют трудностей, как и стрельба. Приходилось много тренироваться на стрельбище; вероятно, у меня были лучшие показатели среди военнослужащих. Скажите мне, в чём заключалась главная сложность во время службы? Я родом из Москвы, а нам приходилось по два месяца находиться в лесу, в полевых условиях. Непривычным был быт, но с выполнением поставленных задач всё было хорошо. Покинул армию с положительной оценкой.

– После армии не задумывались о спецслужбах?

– Откровенно говоря, подобные мысли посещали меня не после службы и не до университета, а ещё во время учебы в 11 классе. Однако я начал собирать необходимые документы для поступления в Академию ФСБ слишком поздно – не уложился в сроки проверки. А уже будучи студентом, я ясно понимал своё желание работать по полученной специальности; эта деятельность мне приносила удовольствие. Я изучал циклические виды спорта и защитил дипломную работу на тему «Индивидуальный подход к тренировкам юных лыжников-гонщиков». Меня очень заинтересовала тема ранней специализации молодых спортсменов и развития их сильных сторон. Именно тогда в сборной России по лыжным гонкам произошли изменения: команды были разделены на группы, ориентированные на разные дистанции.

– Вы же до перехода в биатлон успели поработать тренером в сфере лыжных гонок?

– Вполне, но моя деятельность осуществлялась не в качестве эксперта Федерального льда и горнолыжного региона, а в роли аналитика при Центре спортивной подготовки Министерства спорта. Меня перевели на выполнение задач по лыжным гонкам к группе под руководством Олега Перевозчикова и Эдуарда Михайлова. После зимних Олимпийских игр, прошедших в Сочи, когда возникла потребность в сотруднике для комплексной научной группы биатлона, меня направили туда.

– Каким образом деятельность аналитика способствует профессиональному росту будущего тренера?

– Человек, стремящийся к прогрессу, сможет совершенствоваться в любой сфере. Я полагаю, что знания и навыки, полученные при анализе спортивных данных и наблюдении за работой наставников, оказались полезными для меня. Однако стоит отметить, что работа аналитика не предполагает проявления творческого подхода; её суть заключается в сборе информации и предоставлении тренерам статистических отчетов и доказательств. Иногда ко мне обращались с конкретными вопросами, которые я старался осветить, но исключительно в пределах своей специализации, без формулирования советов.

– Как быстро вы приняли предложение присоединиться к тренерскому штабу женской национальной команды в 2019 году?

– Я немедленно выразил своё согласие. Именно этого я и ожидал, и был подготовлен к подобной роли.

– Приходилось ли тогдашнему наставнику женской национальной команды Виталию Норицыну как-либо уговаривать спортсменок воспринимать вас всерьёз?

– К тому времени я уже был знаком со всеми гонщицами в течение нескольких лет, и после назначения не возникло никаких сложностей. Я не ощущал негативного отношения к себе. За короткий период моей тренерской деятельности у меня никогда не возникали разногласия с атлетами. Мой подход к работе основан исключительно на общении – я считаю, что крики и споры бессмысленны. Какой эффект может иметь возвышенный тон, если в результате остаются только отрицательные эмоции, которые крайне важны?

– Теперь вы не помощник главного тренера, а самостоятельный тренер отдельной группы, где ключевыми фигурами должны стать Татьяна Акимова и Евгения Буртасова. Это спортсменки с большим опытом и достижениями. Нет ли опасений по поводу того, что вам будет сложно найти общий язык с ними?

– Если бы у меня были какие-либо сомнения, я бы с самого начала отказался от этой задачи. С любыми людьми можно найти общий язык. Я знаком со спортсменками уже продолжительное время и мы успели обсудить важные аспекты предстоящей деятельности. Готов также поговорить с их персональными тренерами, чтобы полностью разобраться во всех деталях.

– Не возникает ли волнения в олимпийский период? Ведь от некоторых участниц вашей команды наверняка ожидают включения в состав на Играх-2022?

– Я не испытываю подобного напряжения. А спортсменки, я уверен, сами прекрасно понимают, что сейчас время Олимпийского цикла и необходимо работать таким образом, чтобы избежать любых колебаний относительно участия в Олимпиаде. Присутствие опытных биатлонисток в команде поможет остальным стремиться к их уровню как с точки зрения физической подготовки, так и точности стрельбы.